Книга Студиозус 1, страница 7 – Алексей Валерьевич Шмаков

— Всё, о чём договаривались. — еле слышно прошептал Димка.

— Вот и хорошо. Точно будет чем заняться в академии. А кого взять к нам, легко сможем найти. В этом я уверен. Всё же мы Апраксины.

— Это, да. Люди сами будут к нам в друзья набиваться. Блин! Вот куда она полезла? Ладно, до встречи. Побегу спасать от сестры какого-то бедолагу. Она же ему сейчас…

Что именно я не услышал, Димка уже отключился. Раньше он только мельком упоминал, что сестра ещё та егоза. А во время решения, кто пойдёт кандидатом от рода, мне толком не удалось с ней пообщаться. Только познакомился. А дальше она весь вечер не отходила от родителей.

— Можешь не переживать. Вы с Дмитрием будет видеться очень часто. — так и не прекратив своего занятия, произнёс князь. — И не только с Дмитрием. Помимо вас, в академии обучаются ещё шесть Апраксиных. После инициации вы обязательно встретитесь. Я уже попросил их помогать тебе по мере возможностей. А по-другому просто быть не может.

— Семья превыше всего. — сказал я, чем вызвал улыбку у Григория Константиновича.

— Очень правильные слова. А главное, произнесены они правильным человеком. Александр…

— Виктор, — поправил я князя. Да и мне уже не нравится этот разговор. Просто сразу понятно, к чему ведёт Григорий Константинович.

— Как скажешь, Виктор. Так вот, Виктор, я уверен, что ты очень смышлёный парень. Иначе и быть не может. Старшая Кровь в тебе очень сильна. И ты должен понимать, что такая кровь может быть только у особенных людей.

— Конечно, я это понимаю. Как и понимаю то, что я сирота. Был им всю жизнь с самого рождения. Возможно, я не помню несколько первых лет жизни, но это ничего не меняет. Да, во мне действительно течёт Старшая Кровь, только это ничего не значит. Я сирота. Григорий Константинович, вы меня слышите? Сирота! И по-другому уже не будет.

— Слишком ты категоричен. — продолжая заниматься изучением ключа, сказал князь. И сказал он это как-то очень печально.

— А иначе просто быть не может. Когда-то, очень давно, я ждал, когда за мной придут родители. Или бабушка с дедушкой. Или хоть кто-то из родственников. Придут и скажут, что мы идём домой. Я видел, как забирали других детей. Видел, как у кого-то действительно находились родственники. Даже видел, как детей забирали у родственников и не отдавали им. Но ко мне так никто и не приходил. Тогда я сказал себе, что в этом мире у меня нет никого. Что я могу рассчитывать только на себя. И с тех пор я так и делаю. Не жду, когда кто-то объявится и словно ничего не случилось, раскроет объятия. Скажет, что решит любые мои проблемы. Я привык решать их сам. Научился это делать. И дальше буду сам со всем справляться. Как и с нашим договором. И с любыми трудностями, что меня будут ждать в академии Годуновых.

— Давай, я расскажу тебе одну историю. Она имеет отношение только к Апраксиным. История о том, как мы решили отказаться от очень важного, чтобы потом получить гораздо больше.

— Ехать нам ещё долго, так что я не против.

К тому же это явно лучше предыдущего разговора. Хотя сдаётся мне, что мы к нему ещё обязательно вернёмся и вернёмся до того момента, как приедем в академию.

— Начну я с того, что на звание старшей семьи могут претендовать только семьи, насчитывающее в своей истории минимум тысячу лет. Сорок — пятьдесят поколений, постоянного улучшения и усиления дара. Когда только начали появляться первые семьи одарённых, то они старались воспитывать своих наследников в очень жёстких условиях. Некоторые доходили до того, что сразу после рождения отдавали детей в чужие семьи. Бедные, неблагополучные и так далее. Главное, чтобы поместить наследника в худшие условия. Считалось, что только таким образом человек может стать достойным наследником. Что он должен осознать все тяготы и лишения, прежде чем получить практически безграничную власть и богатство. А все старшие семьи обладают этими благами.