Книга Окинава 2, страница 138 – Алексей Валерьевич Шмаков

Но она не собиралась бить Зверя, который уже практически стал человеком. Она начала его исцелять, помогая регенерации работать ещё быстрее.

— Успели. Теперь остаётся только надеяться, что у твоей подружки всё получится, — произнесла Гея.

За спиной отца появилась юная королева ледяных висперов и положила руки ему на голову. А через мгновение они оба заорали. И было в этом крике столько боли и отчаяния, что пробрало даже меня. А последовавшая после этого ударная волна отправила в полёт не только нас с сестрой, но и разорвала в клочья змею из конструктов, вытащила из невидимости экипаж Харона и Гефеста, который в одиночку сдерживал их. Поэтому со Зверем разбирались исключительно его конструкты.

Вита вступила в схватку с разумом, захваченным запрещённым навыком и неизвестно чем ещё. Оставалось только надеяться, что она сможет разобраться с этой чудовищной техникой и вернуть Витольда Рагнара — бывшего члена Чёрного Лотоса, ученика Лютера Кинга и нашего отца.

— Целые? — спросил Лютер Кинг, умудрившийся поймать и меня, и Аеллу. Причём одной рукой, а во второй он продолжал держать своё монструозное оружие, которое явно сейчас не готово было совершить ещё один выстрел.

— В норме. Нельзя сейчас никого подпускать к Вите. Если она не сможет вернуть его разум, то этого уже не сможет сделать никто, — ответил я.

— Ульф Сканнинг превзошёл себя. Даже не представляю, что это за техника смогла подавить разум Витольда и сделать его правой рукой хозяина системы. Но уверен, что его ещё можно вернуть. Нет ни одной техники, которую нельзя сломать.

Проповедник отпустил нас и, пока говорил, извлёк из своего храна несколько больших генераторов силового поля, быстро пробежался по настройкам и бросил их так, чтобы через мгновение юная королева и Зверь оказались за едва различимой пеленой, которую гарантированно не сможет пробить ни один из присутствующих здесь владеющих.

— Гефест, займись Витом, а с Хирояки я разберусь сам, — отдал короткий приказ Кинг, и Гефест сразу же отступил, оставив экипаж «Харона» сражаться со своими фантомами.

Всё же он был гением. Психом, маньяком, но невероятным техническим гением, у которого можно многому научиться.

— Всё, Сатоши Хирояки, достаточно. Сражаться дальше нет никакого смысла. Либо Витольд вернётся к нам, либо умрёт. Сам видел, в кого он превратился. И даже ты не сможешь пробиться через щиты, снятые с погибших корветов Федерации.

Но Хирояки словно не замечал Проповедника, он смотрел исключительно на Аеллу и появившуюся рядом с нами Немезиду.

— Ты нашла своего брата, и я искренне рад этому, но не могу допустить провала задания. Поэтому не стоит мне мешать. Я не посмотрю, кто предо мной, и использую свой клинок против любого, осмелившегося встать у меня на пути.

Капитан «Харона» положил руку на эфес своего меча, и мне показалось, что клинок вылез из ножен, но на этот раз ничего не произошло.

— Кэп, мы же можем позволить себе провалить всего одно задание? К тому же от Сканнинга — ублюдка, который сделал для нас столько разного дерьма, что даже вспоминать не хочется, — заговорила Немезида, оказавшаяся немного впереди нас, словно защищая.

Она стояла в такой же позе, что и Хирояки, и так же держала руку на эфесе своего клинка.

— Я не могу позволить этого, — покачав головой, ответил Сатоши Хирояки. — Выходит, пришло время нам сразиться, моя лучшая ученица. Победишь — и «Харон» станет твоим вместе с экипажем и должностью капитана. Тогда ты сама решишь, как поступить, а я не могу поступиться своими принципами. Слишком я упрям и честолюбив. Покажи, чему ты научилась за циклы, проведённые под моим началом.