Книга Нулевой Отряд, страница 84 – Алексей Валерьевич Шмаков

Собственное состояние оказалось ненамного лучше. Трижды принять в себя предельное усиление Скверны было слишком даже для меня. Сердце всё ещё колотилось, пальцы дрожали, кровь из носа не останавливалась, а к порезу на бедре добавилась такая слабость, будто несколько часов подряд приходилось работать на пределе.

Вейс подошла только после того, как стало окончательно ясно, что полковник мёртв. Её взгляд задержался на металле, которым я только что управлял, затем перешёл на моё лицо. Она ничего не спросила. Сейчас вокруг было достаточно людей, а то, что я продемонстрировал во время боя, явно относилось к разговору без свидетелей.

К нам уже подходил Дмитрий с ноутбуком, и выражение его лица мне совсем не понравилось.

— У нас другая проблема. Согласно камерам, Косьянов вообще не выходил из комнаты.

Мы вернулись в помещение наблюдения. Туда уже стягивались люди Нулевого отряда. Несколько человек отправились к погибшим, другие проверяли повреждения и восстанавливали связь с внешними постами. Тело Косьянова осталось в коридоре.

Дмитрий развернул ноутбук к Вейс. На записи с камеры возле комнаты Косьянова полковник всё ещё находился внутри. Изображение на несколько секунд зависало, затем продолжалось, и человек снова спокойно сидел за столом. Лестница оставалась пустой.

— Но это не тот повтор записи, который нам подсовывали раньше, — добавил Дмитрий и сразу открыл служебные данные.

Вейс попросила показать временные метки, последовательность пакетов и контрольные суммы. Архив выглядел совершенно настоящим. Система не видела никаких изменений и была уверена, что Косьянов всё это время оставался в комнате. На других записях происходило то же самое: дверь оставалась на месте в тот момент, когда в действительности уже лежала в коридоре, лестница, где погибли люди Нулевого отряда, выглядела пустой, соседняя камера подтверждала ту же версию событий.

— Подмена картинки не объясняет того, что мы видим, — сказал Дмитрий. — Можно заменить видеопоток, но тогда останутся расхождения во времени, в архиве, на соседних камерах. А здесь всё согласовано, будто другого события вообще не существовало.

— Можете установить, когда запись изменили? — спросила Вейс.

— Пока не могу. В этом и проблема: для системы она никогда не была другой.

Вейс изучала данные молча. Возможность того, что происходящее связано со Скверной, явно не требовала для неё объяснений. Нулевой отряд уже сталкивался с заражёнными достаточно часто, чтобы не ожидать от них одинаковых проявлений. Не нравилось ей другое: судя по тому, как она несколько раз заставила Дмитрия вернуться к контрольным суммам, именно такой способ воздействия на архив был для неё новым.

Умник снял очки и протёр их краем футболки.

— Я уже сталкивался с похожим, — сказал он. — Не с записью камер, а с тем, как менялись данные в архиве. Появлялась информация без понятного источника, и система вела себя так, будто она находилась там с самого начала. Здесь тот же принцип, только теперь речь о событиях, которые мы видели собственными глазами.

Мне это совсем не понравилось. Самопроизвольно изменяющийся архив, который Дмитрий изучал ещё до появления людей Нулевого отряда. Система, где данные возникали без понятного источника. Теперь ещё и видеозаписи, которые не соответствовали реальности, хотя все признаки говорили об их подлинности.