Книга Макото, страница 142 – Алексей Валерьевич Шмаков

К забору академии мы подъехали в 8:40. Въезд машин на территорию академии был запрещён и поэтому мы ещё минут пять искали место, где оставить машину. Все близлежащие стоянки были забиты. В итоге Воронцов плюнул на всё и заехал на тротуар. Сказав, что если какая сволочь рискнёт забрать его машину на штрафстоянку лично кастрирует.

В итоге к главному зданию, где нам и назначил встречу ректор пришлось бежать.

Миновав все проходные, на которых Воронцов неизменно посылал вахтёров и охранников в очень тёмные и вонючие места, мы поднялись на третий этаж. Именно тут находился кабинет Годунова.

Вообще территория академии была очень большой, пока мы бежали я смог разглядеть только малую её часть. В радиус моего обзора попало несколько двухэтажных зданий, соединённых между собой надземными переходами на уровне второго этажа, для чего это делать в столь малоэтажных постройках ума не приложу. Здания были очень яркие. Одно полностью жёлтое, второе — зелёное, третье — голубое и четвёртое из увиденных мной — синее. Прямо радуга какая-то. По-любому должны быть ещё три здания. Иначе радуга будет неполноценной.

Административное здание, в которое мы так торопились, насчитывало три этажа и отличалось от увиденных мною, своей серостью и невзрачностью. Оно стояло довольно далеко от центрального входа на территорию академии. И в отличие от остальных зданий, увиденных мной, не было соединено с остальными.

Пройдя пару поворотов, Воронцов застыл на месте, словно врезался в стену, я не успел остановиться и налетел на него, выругавшись себе под нос.

— А ты, что тут забыл? — спросил Сергея Михайловича мужчина в военной форме, наподобие той, что сейчас была одета на моём сопровождающем. — И кто это там так усердно вжимается в твою спину?

— И тебе здравия, Максим. — не став отвечать на заданные вопросы, заговорил Воронцов. — У меня к тебе тоже имеются вопросы. Вот только давай поговорим после того, как передадим наших подопечных Годунову.

Всё ясно, встретились два закадычных друга, готовых вцепиться друг другу в глотки. И похоже, друг Ворона, тоже пришёл в академию в качестве сопровождающего. Справа от него стояла молодая блондинка в синем форменном платье, одетом поверх белой блузки. Вот только юбка явно была перешита и сейчас едва прикрывала её бёдра оставляя маленькую полоску обнажённой кожи между собой и белыми, полупрозрачными чулками. Да и вырез декольте, был явно слишком большим. Хорошо ещё, что блузка была застёгнута на все пуговицы. Хотя груди у девчонки практически не было и расстегни она хоть все пуговицы, вываливаться будет нечему. На ногах у блондинки были одеты небольшие белые сапожки, на просто громадной шпильке. Как она вообще стоять-то умудряется?

Закончив беглый осмотр своей потенциальной одногруппницы, едва не упустил чуть ли неглавную деталь её образа. Глаза девчонки были спрятаны под точно такими же очками, лежавшими сейчас у меня в кармане. Что у неё тоже проблемы с глазами, которые нужно прятать от остальных? Или Ворон оказался прав и подобные вещи в исполнении молодёжи считаются вполне нормальными? Если нам предстоит вместе учиться, нужно будет обязательно узнать у неё об этом.

— Господа прошу вас. Аркадий Вениаминович примет молодых людей вместе. — разрядила повисшее напряжение высунувшаяся из кабинета рыжая голова секретарши. Дверь перед нами распахнулась, первыми внутрь вошли девчонка и кореш Ворона.