Книга Макото. Том четвертый, страница 12 – Алексей Валерьевич Шмаков

К этому времени Воронцов уже избавился от своей ужасной брони. И куда он только девает всю лишнюю кровь? Потому что там, где он до этого находился, было совершенно чисто.

— А это, что за отродье они поймали? — на этот раз вопрос принадлежал Грише.

Чья всклокоченная голова появилась в окне. Вернее, в том, что от него осталось, после разборок, которые они учинили снаружи.

— Я подобное вижу впервые. — наконец заговорил Сергей Михайлович, осторожно обходя нас Софой.

Он прекрасно видел, что происходило с дядей Петей, когда тот касался нас. И явно не хотел повторять его участи.

Подойдя к защитному кокону с заключённой в нём тварью, Воронцов внимательно начал осматривать её. После потери связи с питающим энергетическим каналом тварь окончательно приняла свой истинный облик. Больше никаких попыток закосить под императора не было.

Это мы с Софой видели окружающий монстра золотистый кокон. Для всех остальных это страшилище просто стояло, замерев в паре метров от нас.

— А те придурки на улице разве не из этой же оперы? — спросил Чернышёв, указывая мечом себе за спину.

— Ты видел, сколько там было крови? — задал риторический вопрос Ворон. — Вот! А этот товарищ, — посмотрев на гендерную принадлежность твари, которая, к моему удивлению, присутствовала на своём месте, продолжил Сергей Михайлович. — словно сушёная рыба. В нём нет ни капли жидкости. Складывается такое впечатление, что стоит его тронуть и он осыплется прахом.

— Ну, так не трогай. Кто тебя заставляет. Вечно тянешь свои руки, куда не просят, а потом всякое дерьмо случается. — снова наехал на Ворона дядя Петя, вылезая из проломленной стены.

Он весь был усыпан побелкой вперемежку с какими-то опилками и кусочками утеплителя. Вроде такая штука называется стекловатой, и насколько я знаю она дико колючая. Что и подтвердил дядя Петя, постоянно почёсываясь то тут, то там.

— Дерьмо случается, только там, где появляется твоя жирная задница. — многозначительно заявил Воронцов. Услышав это, Гриша заржал в голос. — А я хочу понять, что это вообще такое и каким образом император превратился в это.

Я очень хотел сказать ему, что это не император, но возможность понятно и членораздельно выражаться, вернётся ко мне только после того, как я отпущу Синки. В этом был совершенно точно уверен.

— Это нужно вызывать сюда Давыдова с его спецами. Слышал что-нибудь про нулевой отдел? — спросил дядя Петя, ничуть не обидевшись на слова Воронцова.

А вот Гришу он одарил весьма многозначительным взглядом. Что было разрешено старому если не другу, то очень хорошему знакомому, то явно было запрещено всем остальным.

Я бы на месте Гриши теперь ходил и оглядывался по сторонам, а то кто его знает. На территорию академии дядя Петя имеет свободный доступ. Вот так подкараулит где-нибудь за углом и тюкнет чем-нибудь тяжёлым по затылку. Тут будь ты хоть нулевик, хоть ещё кто, от удара тяжёлым предметом по темечку это не спасёт, если ты не ходишь с постоянно под защитной техникой. Хотя я уверен, что и такие индивидуумы попадаются довольно часто.

— Про отдел-то я слышал. — продолжая изучать мумию, начал отвечать Ворон. — И даже принимал непосредственное участие в его создании. Могу сказать тебе только одно. Даже упоминание об этом отделе уже считается раскрытием государственной тайны. Что за это грозит ты и сам прекрасно знаешь.