Книга Макото. Том третий, страница 23 – Алексей Валерьевич Шмаков

Лихорадочно бегая по своему кабинету, Алексей Кудашев собирал в сумку всё, что могло представлять хоть какую-то ценность. Без денег он не сможет найти себе подходящее убежище. Выпотрошив сейф, он приказал секретарше срочно ехать в банк и снимать всю наличность со счетов. Ещё можно было заехать в родовое поместье и собрать все ценности и, там, но в таком случае он рисковал нарваться на кого-то из родственников и тогда точно, его план побега из империи накроется медным тазом. Слишком его родня была передана Шувалову и выдать ему брата, или сына для них будет парой пустяков.

Лучше он подождёт возвращения Жанны здесь, в своём бывшем кабинете. Расположенном в деловом квартале Китеж — града, совсем недалеко от апартаментов Шуваловых, которых он должен охранять.

Уже вечером он планировал приобрести себе в личное пользование квартиру в одном из городов свободных земель, которые не выдают официальным властям своих жителей. А таковым он станет автоматически, как приобретёт жильё. Денег должно хватить с избытком, по этому поводу он совершенно не волновался.

Осталось только дождаться возвращения секретарши. И почему долбанные банки не работают круглосуточно?

* * *

— Я знаю, что ты уже пришёл в себя. Поэтому давай не будем тратить время. — услышал я голос Аркадия Вениаминовича, как только смог прийти в себя.

В памяти сразу всплыло расплавленное тело Лены. Вызвав у меня приступ неконтролируемой ярости.

— Вы говорили, что все студенты академии находятся под вашей защитой. — заорал я на Годунова, после того как снова дал ему в морду.

Я даже сам не понял, как сумел так быстро вскочить и достать его. Но я был рад. Я был рад, что тот кто давал нам обещание защищать нас и не сдержал его, сейчас лежит возле моих ног.

Ректор даже не попытался защититься, он просто лежал и смотрел на меня. Из разбитого носа текла кровь, оставляя жирные капли на белоснежном халате.

Сейчас его глаза были затянуты белой пеленой. Словно у него случился припадок. Рот слегка приоткрыт, из него начинала вытекать тоненькая струйка слюны.

— Это ты во всём виноват! — снова заорал и ударил Годунова ногой в живот.

— Её убили из-за тебя! — очередной удар.

— Ты должен был остановить нас! — ещё несколько ударов.

После каждого моего удара тело Аркадия Вениаминовича вздрагивало и сдвигалось на несколько сантиметров. Кровь из разбитого носа не прекращая течь, разлеталась во все стороны. Ректор продолжал молчать, сохраняя отсутствующий вид. Только мерно вздымающаяся грудь говорила о том, что он всё ещё жив.

Ярость быстро сменилась злостью. Злостью в первую очередь на себе. Вновь я стала причиной гибели близкого мне человека. Я и только я виноват в смерти Лены. Перед внутренним взором сейчас стояла она. С распущенными во время тренировки волосами, дикая, яростная и такая желанная. Вот я говорю ей об этом, и она начинает смущаться. Доставляя мне истинное удовольствие своим поведением.

Но в тот же миг картинка меняется. Я разрываю паутину и вижу, что её торс полностью уничтожен. Он превратился расплавленную груду мяса, кожи и всего остального, что находиться в наших потрохах. Вижу её потухшие глаза и то, как она заваливается на спину, так и не произнеся ни слова.

Кудашев, вспомнил я фамилию, названную белобрысым перед смертью. Я должен найти этого ублюдка и вырвать ему глотку! Голыми руками! На это раз всплыли воспоминания, как легко в моих руках лопались черепа нападавших. Это воспоминание заставило меня улыбнуться.