Книга Инквизитор Тьмы 5, страница 14 – Алексей Валерьевич Шмаков

Князь махнул рукой, а затем допил залпом оставшийся в бокале коньяк и продолжил.

— Можете больше не переживать, никаких поблажек Дарье не будет. Даю слово.

Этого для меня было вполне достаточно. Да и Гольдблюм заждался. Всё же наш разговор должен был состояться уже довольно давно. Просто я совсем забыл об этом. А Ромов мне и не напомнил. Нужно будет обязательно поговорить с ним на эту тему. Большой косяк для секретаря такого старика, как я.

— Виктор Владимирович, нет у вас кабинета, где мы с Гольдблюмом могли бы переговорить с глазу на глаз? Раз выпала такая возможность, то почему бы и не воспользоваться ей.

Кабинет нашёлся. Причём мне даже не пришлось никуда выходить. Долгорукий отправился посмотреть, как идут экзамены. Как он сказал, размять старые кости.

— Можете смело говорить Александр, нас гарантировано никто не услышит. — сказал я, установив достаточно рун тишины и ещё пару техник из тёмной магии. Чтобы исключить любую возможность слежки за нами. Всё же, не известно, что в своём кабинете устроил Долгорукий.

О чём должен пойти разговор, я понятия не имел. Так что лучше перестраховаться.

— Это касательно вашего приёма. Вернее гостей, а ещё точнее, одного гостя.

— Боюсь, я ничем не смогу помочь вам. За всеми разъяснениями обращайтесь к Илье Леонидовичу. Моя заслуга была лишь в том, чтобы пригласить Потёмкиных. — развёл я руками.

— Уверен, что всё именно так, как вы и говорите. Просто Илья Леонидович даже не стал меня слушать. Ни когда я звонил, ни когда приехал к нему. Меня даже не пустили на территорию поместья Потёмкиных.

— И здесь я вам ничем не смогу помочь. У меня нет ни возможности, ни желания влиять в этом вопросе на графа.

— Дело в том, что мой отец умирает. — решил зайти с козырей Гольдблюм. — И умирает от самой естественной причины, что только может быть. От старости. Мало кто знает, но ему уже перевалило за сто двадцать лет. И уже даже сильнейшие целители не справляются, со столь солидным возрастом.

Что-то парень мне заливает. Ему от силы лет тридцать. Не мог же старый Гольдблюм заделать ребёнка в девяносто? В этом мире даже целители не способны помочь с этим.

— Мы готовы заплатить любую сумму, чтобы отец прожил ещё хотя бы два года. Всего два года. И поэтому решили обратиться к вам, поскольку мне показалось, что вы с Ильёй Леонидовичем довольно близки. По крайней мере, после своего появления на приёме, он не отходил от вас ни на шаг.

— Александр, я уже говорил, что не могу влиять на решения Потёмкина. И это не изменят любые деньги. К тому же вы должны понимать, что деньги — это всего лишь средство достижения цели. Очень топорное, хоть и действенное. Да и предлагать денег тем, у кого они имеются не самая хорошая идея.

Надеюсь, что этот намёк был достаточно прозрачным. А то, один из Гольдблюмов меня откровенно разочаровал. Сомневаюсь, что его предки добились своего положения исключительно толщиной кошелька. Только не в мире одарённых. Да и в среде аристократов, людям, не имеющим титул, деньги точно не помогут.

Хотя Гольдблюмы уже давно могли его купить, но не делали этого, прекрасно понимая, что в этом случае вести дела им будет гораздо сложнее. Потомственные аристо, получившие свои титулы несколько сотен лет назад на поле боя, не будут иметь никаких дел с зелёными новичками, купившим этот титул.