Книга Инквизитор Тьмы 4, страница 47 – Алексей Валерьевич Шмаков

А вот это уже меня заставили удивлённо вскинуть брови. Похоже, что поездка в штаб-квартиру переносится на неопределённое время.

* * *

— Господин, ваш сын прислал очередного парламентёра. Поступить с ним, как со всеми предыдущими? — спросил личный слуга Биньямина Авраамова.

Архимаг, обладающий уникальным даром, благодаря которому он был невероятно сильным, практически непобедимым бойцом. И уже помог своему господину противостоять силам Арцаха, которые многократно превосходили силы настоящего патриарха рода.

Иерарха, который не собирался позволять соплякам разрушить цель всей его жизни. И жизни десятков поколений Авраамовых, что гордо несли заветы предков и развивали оставленное ими наследство.

— Не стоит, Иоган. На этот раз пригласи парламентёра ко мне. Посмотрим, что сын хочет сказать. У меня появилось такое ощущение, что он совершил серьёзный просчёт. Осталось только узнать, где именно.

И присланный сыном человек мог помочь Биньямину. Если предчувствие его не обмануло, то Арцах сделал Авраамовых слабее. Причём очень резко и без возможности восстановить утраченное.

Старик сидел и ждал, когда приведут парламентёра. За то время, пока его проверяли и выдавали инструкции, как нужно вести себя в присутствии иерарха, старик успел просмотреть несколько отчётов, что поступали к нему каждый час. Только времени просматривать их все у Биньямина не было. Собственно говоря, как и желания.

Парламентёр зашёл в кабинет и замер в нерешительности. Пришлось иерарху поторопить парня. Раньше он уже неоднократно видел его. Вроде в свите Арцаха. То ли его телохранитель, то ли мальчик на побегушках, которых Биньямин презирал и никогда не позволял работать на себя. А вот Арцах был другим. Он любил, когда перед ним все пресмыкались и ходили на цыпочках, выполняя любые команды.

— Господин Арцах просил передать вам это послание.

Конверт, запечатанный силой сына, лёг на стол перед иерархом и он тут же окутал его защитным заклинанием, чтобы убедиться в полной безопасности. Не хватало ещё, чтобы сын смог вот таким образом захватить управление родом. Биньямин для себя уже всё решил. После него место главы займёт один из внуков. Даже пустоголовый Давид сейчас был предпочтительнее Арцаха.

Ничего опасного не нашлось, и тогда Биньямин приказал парламентёру самому открыть конверт. Он уже предварительно снял все защитные меры. Просто очередная предосторожность и ничего более.

Парень трясущимися руками взял конверт и на мгновение замешкался, но лишь на мгновение. Одним рывком он сорвал печать и достал из конверта сложенный пополам лист бумаги. Даже уже собирался развернуть его, когда Биньямин негромко цыкнул.

Лист тут же лёг на стол и его взял иерарх.

— Вот же болван! — вспылил Биньямин, когда прочёл послание сына. — Слишком рано. Он ещё не готов и не сможет справиться с двуединым. Он ещё не готов выступить против отца.

Как, оказывается, весело обстоят дела не только в роду Долгоруких, но и у других членов оппозиции. Да и в правящей партии оказалось много мастеров оборотней, если так можно сказать. Причём старик Долгорукий не врал. Я проверял его сразу двумя техниками. Светом и тьмой.

В оппозиции действительно было несколько родов, которые всячески саботировали её работу. Но делали это настолько искусно, что ни у кого даже не возникало подозрений. Наоборот, все считали их самыми рьяными сторонниками Романовых. Практически лютыми ненавистниками Шуйских. И Долгорукие были одним из таких родов.