Книга Магазин волшебных питомцев 3, страница 6 – Сергей Шиленко, Гриша Гремлинов

Закрыл глаза и провёл рукой по вспотевшим волосам. В солнечном сплетении теплилось ядро. Где-то далеко шумела трасса. Апрельский ветер шевелил прошлогоднюю полынь.

А рядом, на грязном подмосковном пустыре, тихо сидел огромный изумрудный богомол, подключённый к моему сознанию. Чудище, которое мне удалось приручить, а не подчинить.

Блёстка взлетела и занялась более интересными вещами. Поиском мошек, например. Я с шумом выдохнул и просто рухнул на спину, прямо в серую пыль. Сердце всё ещё бешено колотилось о рёбра, но в груди разливалось тягучее, почти пьяное чувство триумфа. Я смотрел в утреннее небо, где плыли клочья белых облаков, и впервые за день почувствовал абсолютный, звенящий покой.

А потом одно из облаков… шевельнулось.

У меня перехватило дыхание. Огромная тень перечеркнула солнце. Высоко в небе, величественно рассекая воздух мощными взмахами крыльев, скользил силуэт с длинным хвостом… и тремя головами.

— Дракон!!! — заорал Архимед.

Трёхголовый силуэт парил высоко в подмосковном небе. Огромная тень скользила по облакам, и даже с такого расстояния было видно, как солнце играет на чешуе, превращая её в расплавленное золото.

Я не задумываясь выхватил «Рунофон» из кармана, навёл камеру и приблизил. Зум скакнул на максимум, и дрожащее изображение стабилизировалось магическим автофокусом.

Чешуя, будто отлитая из благородного металла. Три головы на длинных шеях. Перепончатые крылья, распахнутые парусами. Массивный хвост с пластинчатым гребнем. Три пары глаз горели янтарём.

Пальцы рефлекторно нажали кнопку записи.

Златогор. Золотой трёхглавый дракон (Ранг A, Уровень 42). Личный питомец Президента Российской Федерации. Вы точно хотите снимать стратегический актив страны?

— Пафос! — крикнул Архимед. — Понторез крылатый! Летит, вить-вить!

— Заткнись, пернатый, — беззлобно ответил я. — Это президентский любимец. Куда-то спешит. Может, с хозяином.

Дракон уходил на восток — неторопливо, величественно, как три линкора в одном корпусе. Я записал секунд двадцать, просто на память, потом убрал «Рунофон». Когда ещё увидишь такое вот так, лёжа на спине, на пустыре, рядом с приручённым трёхметровым богомолом.

Кстати, о богомоле.

Жнец стоял неподвижно, задрав треугольную голову к небу. Усики подрагивали. Две тысячи фасеток провожали золотую точку, удаляющуюся за облака. Когда Златогор исчез, богомол опустил голову и повернул её ко мне.

— Не переживай, — сказал я, поднимаясь с земли и отряхивая джинсы. — Мы не в его весовой категории.

Богомол наклонил голову вправо. Усики вытянулись в мою сторону. Ментальная связь передавала ровный, спокойный фон без агрессии. Сытый хищник на открытом пространстве, греющийся на солнце. Хорошо.

Я сделал пару шагов к нему. Без резких движений. Жнец не отступил. Здоровая передняя лапа чуть приподнялась и опустилась, но без замаха. Просто реакция на приближение крупного объекта.

— Договоримся так, — я остановился в двух метрах. — Я тебя кормлю, ты никого не режешь. Особенно меня.

Богомол издал что-то среднее между щелчком и тихим шипением. Он не понимал слов, но считывал мою интонацию и уверенность. Для него я теперь стал чем-то вроде «Альфы». Если бы насекомые умели удивляться, я бы сказал, что он озадачен.