Онлайн книга «Магазин волшебных питомцев 5»
|
— Ну что, — я посмотрел на группу, которая в напряжении задрала головы вверх. — Дубль два. Поехали. Я снова прикрыл глаза, погружаясь в сознание Жнеца. Активирован навык: «Слияние» Мир вновь рассыпался на тысячи фасеточных фрагментов. Я почувствовал упругую поверхность гигантского листа под лапами, гудящую вибрацию кристалла и… неожиданное сопротивление. «Руби», — послал я мысленную команду, наводя прицел на очередную грань чёрного монолита. Жнец не пошевелился. В его разуме вдруг вспыхнул глухой бунт. Насекомое отчётливо транслировало мне чувство обиды и вполне конкретное требование. Забастовка профсоюза убийц, не иначе. Он не хотел просто так махать серпами. Он хотел плату. «Будет тебе плата, — мысленно пообещал я, посылая ему образ отборной, сочной говяжьей вырезки из своих запасов. — Хоть ведро». Но Жнец отмёл мой стейк. Мёртвое мясо? Вкусно, но скучно. В нём нет пульса жизни. Богомол слегка повернул треугольную голову, и через его зрение я увидел то, что он высмотрел с высоты. Далеко внизу, в кроне раскидистого дерева, копошились жирные, неоново-фиолетовые гусеницы. Каждая — размером с половину самого Жнеца, настоящие ходячие сардельки, набитые питательной слизью и жадно жрущие листву. В голове хищника звенело предвкушение охоты. Засесть в кроне и подождать, пока одна из них подползёт ближе… Потом хвать! И ням! Я мысленно вздохнул. Вот она, разница между тупым големом и живым питомцем. У них есть свои потребности, инстинкты и желания. Нельзя просто жать на кнопки, иногда нужно идти на уступки, как с хорошей служебной собакой. «Понял тебя, охотник, — я послал ему чёткий образ согласия и одобрения. — Сейчас работаем, откалываем камни, спускаем вниз. А потом я даю тебе увольнительную. Летишь и жрёшь своих гусениц, сколько влезет». Ментальный фон Жнеца разгладился. Упрямство сменилось холодным, деловым азартом. Богомол подобрался, его усики удовлетворённо дрогнули. Сделка заключена. Усиленные адамантиевой мазью серпы смазались в серебристую дугу. КРАК! КРАК! Раздался звук бьющегося стекла, и от Сердца Данжа отвалились два чёрных куска. Они с глухим стуком упали прямо на мясистый лист, на котором сидели мои добытчики. Я переключил часть внимания на Марусю. Макака пришла в полный восторг. Она проворно подскочила к первому осколку, схватила его цепкими пальцами, но в мешок сразу не бросила. Природное любопытство взяло верх. Обезьянка подняла чёрный камень над головой, заворожённо наблюдая, как изумрудный свет лозы преломляется на его глянцевых сколах. «В мешок, расхитительница гробниц», — мягко подтолкнул я её по связи. Маруся пискнула, послушно сунула камень в холщовую тару и тут же потянулась за следующим. Жнец работал с потрясающей точностью. Отсекал ровно столько, чтобы не прогнуть лист, и ждал, пока обезьянка уберёт добычу. Когда мешок заметно оттянулся, а бафф на лапах богомола начал тускнеть, я скомандовал отбой. Хватит. Жадность фрайера губит, а нам этот груз ещё вниз спускать. Маруся ловко затянула верёвочки на горловине. «А теперь слушай внимательно, — я передал макаке сложный образ. — Берёшь петлю. Надеваешь большому зелёному на шею. Сама залезаешь ему на спину, вот сюда, за голову. Держишься крепко». Жнецу ушёл встречный приказ: «Наклонись. Прими груз и пассажира. Мешок держать серпами. Аккуратно». |