Книга Девушка-волшебница уходит в отставку, страница 15 – Пак Сорён

— Роль волшебницы времени крайне важна. Она может помочь нам множеством способов. Например, остановить ход времени на Земле, пока волшебницы со всего мира устраняют факторы, мешающие устойчивому развитию планеты, или помогают восстановить таящие ледники… Есть еще самая крайняя мера…

Тут председательница запнулась, будто у нее перехватило горло, и мысль подхватила Ароа:

— Есть вероятность, что может потребоваться полный перезапуск Земли. Это уж поистине подвластно только волшебнице времени.

— Но разве это не равносильно концу света?

— Именно поэтому мы и считаем такой способ крайней мерой.

Меня прошиб холодный пот. Стать волшебницей времени – значит обрести право пользоваться этой силой в полной мере, буквально держать весь мир в своих руках. И эти люди хотят, чтобы я применяла ее не для разрушения, а чтобы удержать мир от гибели.

— Пока мы не придем к согласию, что ситуация окончательно вышла из-под контроля, прибегать к этому, само собой, не станем. Ведь в этой миссии главное – собственная воля волшебницы времени.

— Поняла, – кивнула я. – Сотворите мне артефакт.

Я с удовольствием наблюдала, как на лицах Ароа и председательницы отражается радость. Впервые я почувствовала что-то вроде… Можно ли сказать, что я нашла свое призвание? Мной двигали волнение от важности моей роли и более приземленный расчет: возможность наконец-то жить в достатке. В груди поднималась непривычная решимость: да черт с ним, попробуем. Девушка-волшебница так девушка-волшебница, что ж…

Председательница достала что-то вроде кухонных прихваток и надела их на руки. С виду простые, из ткани и ваты, однако они излучали таинственное сияние. Я сразу догадалась: это тоже артефакт.

— А теперь дайте мне вашу самую ценную вещь.

— Вы сами создаете магические артефакты?

— Конечно. Я ведь волшебница созидания. Эти рукавицы я тоже сделала сама. Все артефакты, которыми пользуются корейские девушки-волшебницы, появились благодаря им.

— Тогда… прошу вас.

Я протянула и фотографию, и наручные часы. Одного предмета казалось недостаточно. Жалости я не чувствовала: вещи не были такими уж дорогими, а воспоминания… Разве не прекрасно, когда они становятся источником силы и делают тебя волшебницей? Наоборот, это казалось разумной жертвой.

— Прекрасное решение. Чем больше вложено чувств, тем сильнее получится артефакт.

Председательница обхватила мою руку с фотографией и часами, а сверху накрыла другой рукой. Моя ладонь целиком скрылась в этих сияющих прихватках. Закрыв глаза, председательница сосредоточилась. Сначала легкое свечение становилось все ярче, и между сложенными рукавицами заструились тонкие радужные лучи. Внутри ладони я ощутила тепло – такое, что сердце учащенно забилось.

— Магические артефакты принимают форму, ближе всего соответствующую душе волшебницы. Вложи в артефакт все свои порывы.

Радужные лучи становились все ярче, пока не начали обретать осязаемую форму. Я больше не могла держать ладонь сжатой в кулак. Когда раскрыла руку, сияющий шар пробился сквозь рукавицы председательницы и взмыл вверх.

«Дедушка, похоже, я действительно становлюсь волшебницей. Это происходит на самом деле… Я пробуждаюсь».

Председательница еще некоторое время крепко сжимала мою ладонь, а потом слегка отпустила. Внутри сияющего шара с бешеной скоростью вращалось что-то прямоугольное. Мы с Ароа толкались, стараясь разглядеть, что же там находилось. Если бы сияющий шар был горячим, мы бы наверняка уже обожгли себе носы и подпалили брови.