Книга Проклятый район, страница 9 – Александр Матюхин

В чате УзникПодземелий написал:

«Я тут нагуглил про твой район. Прикольно, на самом деле. Держи пару ссылок. Все, не на связи до вечера».

Я почитал. Действительно, за два года в районе пропало три подростка.

Первый по имени Егор, переехал еще когда кругом была стройка и пустырь. Тихий, заучка, отличник и участник Олимпиад. С фото на меня смотрел типичный мальчик для битья: круглое лицо в веснушках, огромные очки, пиджачок на пухлом теле. Сообщалось, что он просто пропал, пока родители были на работе. Камер в районе на тот момент не было. Свидетели видели, как он вернулся из школы, как выходил из подъезда и шел в сторону «Магнита». А потом его следы терялись. Последний раз похожего мальчика видели вечером в поле, где росли четыре сосны. Поэтому предположили, что он увяз в болотах. Правда, зачем он туда сунулся, до сих пор было неизвестно. Уже потом родители говорили, что нашли у Егора много странных вещей в комнате: несколько кнопочных мобильников, распечатки с адресными строками – которые вели к ошибкам 404, – резиновые сапоги, фонарики, спички. Словно Егор собирался уйти из дома. Правда, ушел-то он без всего этого, а просто так, со школьным ранцем. Загадка.

Второй мальчик пропал в прошлом сентябре. Звали Михаилом, тринадцать лет. Он был не из самой благополучной семьи: батя пил, мама, впрочем, тоже. Несколько раз Михаил сбегал из школы, однажды попытался уехать в другой город к бабушке, но его быстро задержали. Последняя попытка получилась удачной… ну, как сказать. Ушел гулять в субботу и не вернулся. До сих пор не нашли. Возможно, забрел в болота. А, возможно, все еще идет к бабушке, которая жила во Владивостоке.

Третий подросток – и тут я слегка напрягся – Алексей, тоже тринадцать лет. Пропал неделю назад. Семья благополучная, да и ребенок не был замечен в антисоциальном поведении. Судя по всему, обычный пацан. Отправился за продуктами и не вернулся. То есть из дома вышел, по камерам его отследили до магазина, после он направился к полям, за пределами обзора техники, а там – исчез. Как сквозь землю провалился. Продуктовый у них, что ли, проклятый…

Я полез в интернет, нашел фотографии Алексея и почувствовал неприятный осадок в груди. Будто знал его, видел. Это все из-за близости происшествия. Если где-то рядом случается несчастье, то человек автоматически чувствует соучастие. Например, вину, что не смог помочь, хотя даже и не подозревал о случившемся минуту назад. Так и со мной. Кто такой был этот Лешик? Неизвестно. Темно-рыжие волосы, жестко торчащие в стороны. Счастлив. Ушел и не вернулся. Так бывает, да? Чтоб сразу трое на один небольшой новенький микрорайон.

Я вернулся в наш чат. УзникПодземелий был не в сети. Матффей тоже.

«Это что-то интересное. Мне прям нравится»

В комнату вошел отец и молча протянул телефон.

На телефоне фото: я у забора, в тот момент, когда бью под дых одного из дуболомов. Красивое фото, четкое. Снимали из какого-то окна.

— Никуда не укрыться от всевидящего ока, – уныло сказал я. – Пластмассовый мир победил.

— Мы только переехали, а в домовом чате ты уже звезда, – сказал отец мрачно.

— Они первые начали.

— Охотно верю. Но попался ты. И не в первый раз. Впредь будь умнее.

Он знал, о чем говорит. Моя страсть к поиску адреналина иногда переходила границы, и отец уже устал меня отмазывать. В прошлой школе его вызывали к завучу и директору раз шесть только за прошлый год. Из-за моих причуд в первую очередь. Я дрался, на спор вылезал из окна четвертого этажа, швырнул с крыши школы хоккейную клюшку, целясь в лобовое стекло автомобиля. Тут мне оставалось только руками развести – такой уж характер. Весь в отца.