Книга Проклятый район, страница 26 – Александр Матюхин

Это было так необычно, что я чуть не рассмеялся.

Сотовый в руках мертвеца!

Он включил его: экран засветился голубоватым, очертив вздутое лицо. Навел на меня. На телефоне воспроизводилось видео: лужайка, семейная пара сидит на пледе и смотрит на голубое небо. До ушей донеслась умиротворяющая музыка.

— Серьезно? – пробормотал я, не веря в происходящее.

Картинка видео резко сменилась. Теперь по экрану прыгали тени в безумном изломанном танце. Музыка перешла в какофонию из резких, визжащих и режущих звуков. Боль в левом глазу вспыхнула, на мгновение ослепив. Я вдруг вспомнил послание в чате.

Нельзя смотреть видео! Полностью! Ни ушами, ни глазами!

Я хотел зажмуриться, но ледяные пальцы мальчика сковырнули мои веки и распахнули их. Видео оборвалось. Боль проникла в мою голову и медленно расплывалась по всему телу. Экран телефона погас. Мальчик отшвырнул его в сторону. Потрескавшиеся губы растянулись в улыбке.

Я, сам не зная как, на адреналине и страхе, поднырнул под него, ударив по коленке, откатился в сторону, вскочил и побежал.

Сиганул через ручей, в кусты, не обращая внимания на налипшую на лицо паутину. Куда-то, не разбирая дороги, через лес.

Один раз обернулся. Пацана не было видно. То ли не побежал, то ли отстал. Отлично.

Перехватило дыхание, в горле забился горячий воздух. Головная боль разрослась так сильно, что перед глазами поплыли яркие круги.

Что-то схватило меня за шиворот. Я дернулся, заметался, вырвался. Побежал. Быстрее. Еще быстрее. Почему-то вилял из стороны в сторону. Это показалось мне хорошей идеей. Словно от пуль уворачивался.

А потом выбежал из леса на рыхлое перекопанное поле. Уже стемнело, в небе болтался огрызок луны.

На открытом пространстве я разогнался до невероятной скорости, словно лучший спринтер на свете. Еще чуть-чуть, и взлетел бы, но мне помешал ненароком подвернувшийся ком грязи. Запнувшись, я покатился по земле, упал на спину, раскинув руки и тяжело дыша. Силы кончились.

Подняв голову, я увидел лес метрах в тридцати. Черные деревья стояли столбами. Никто не гнался за мной. Только где-то в глубине тревожно метались птицы и как будто кто-то кричал.

В чате Ваня писал и писал:

«Ты где? Ты где? Ты где? Ты где?»

Начало одиннадцатого. Из моей жизни куда-то пропали полтора часа.

Остаток ночи мне снилось одно и тоже: я бегу через лес, но мертвый пацан догоняет меня, швыряет на землю, открывает мне рот и засовывает туда ледяной телефон, на экране которого в нелепом танце извиваются тени.

Я кричу от боли и ужаса, хочу вырваться, но мертвец забивает мне рот прелыми листьями и не дает дышать.

В этот момент я просыпался, давя крик. Комната, матрас, системник, стол.

Живой. Сердце билось в груди и в висках. Левый глаз простреливало болью. Сон нехотя рассыпался.

Мне удавалось ненадолго уснуть, но все повторялось снова. Очень реалистично.

Часов в пять утра меня прошиб озноб, я закутался в одеяло и стучал зубами от холода. Кошмар развеялся с первыми лучами солнца, но не ушел окончательно.

Сквозь подступившую пелену жара я различил маму.

— Где тебя носило? – она положила ледяную ладонь мне на лоб.

— Мы в лес с друзьями пошли, – проскрипел я, стуча зубами. – А там комары и медведь.

— Медведь?

— Ага. Они иногда в поисках пищи преодолевают огромные расстояния и доходят до мест, где живут люди. Ягоды жрал.