Книга Сага о Школе вождей, страница 124 – Дмитрий Емец

— Как этот вид называется? – спросила Тень.

— Страхожрядло ужасное. Ну да, название так себе, – признал Кузя. – Но когда такое каждый день таскает у тебя по корове, назвать его небесной красотулей как-то язык не поворачивается!

— Значит, далеко страхожрядло бы не улетело? – перебила Гундря.

— Не должен.

— Выходит, Фиоля пока что на одной из ближайших гор? – Гундря бросилась к окну и высунула голову. Непонятно, на что она рассчитывала. Гор вокруг было множество, не считая кучи ненавязчиво дымившихся вулканов и одного бурно извергающегося. Но, видимо, свежий ветер проветрил Гундре мозги.

— Я знаю, кто нам всё расскажет! ВЕЛИКИЙ МАГ БОДУЭН! Только он знал, на ком из нас обруч и где мы ночуем! Что ж, посмотрим, насколько он велик!

Гундря яростно сузила глаза и так напрягла бицепс, что железный обруч на её руке лопнул.

— Вот досада! – огорчилась она. – Это был мой любимый боевой браслет! Красная Борода подарил мне его вместо обручального кольца! Я отражала им стрелы и ловила клинки мечей! Ну ничего! Бодуэн мне и за браслет ответит!

И они помчались к Бодуэну. С ними, выставив рог, помчался хрюйс. Циклопы с секирами, которых великий маг, предвидя неприятности, в три ряда расставил вокруг учительской хижины, разлетелись как кегли. Те, кто не разлетелся, имели дело уже с Гундрей, Тенью и Рюриком Мощным. Меч Рюрика по такому случаю превратился в деревянную колотушку впечатляющих размеров.

Что касается Кузи, то он избрал самую лучшую технику боя: швырял в толпу циклопов то окорок, то кусок колбасы. Циклопы – народ сообразительный. Когда нужно выбирать между получить по шее или получить дармовой харч, победа всегда на стороне обеда.

Проход к учительской хижине был расчищен, и хрюйс уже нёсся к директорскому кабинету. Маг Бодуэн, надо отдать ему должное, хорошо подготовился к обороне. Он сотворил иллюзорную пропасть с острыми уступами на дне, а двери кабинета оказались окованы медью в три слоя. Хрюйс, безусловно, устрашился бы пропасти, но на роге у него висела картина и он ничего не видел. Он снёс медные двери, а заодно и прятавшегося за ними великого мага Бодуэна.

Напуганный Бодуэн и очень злая Гундря схватились. Гундря дралась по старинке. Бодуэн же использовал магию. В ходе стычки выяснилось, что кулак летит в цель куда быстрее, чем заклинание. Смущённый Бодуэн был вынужден сдаться: он задрал к потолку одну правую руку, потому что левой прикрывал фонарь под глазом.

— Меня заставили! – захныкал он. – Толстый Герцог и Йадд! Я вынужден был уступить! Я очень люблю свою школу и не хочу, чтобы Герцог наслал на неё огнедышащих драконов!

— ГДЕ ФИОЛЯ? На какой горе вы её спрятали? – вдруг страшно прогремел чей-то голос.

Кузя решил, что это спросила Гундря, но все почему-то удивлённо повернулись в его сторону.

— Я не знаю! Я не смотрел, куда они летят! – соврал Бодуэн.

— А я не знаю, что сейчас делает мой хрюйс! Я тоже на него не смотрю! – миролюбиво заметил Рюрик.

Боевой рогонос, не теряя времени даром, питался чем мог – портретами директоров Школы вождей. Лёля Нудящего и Гнуся Сопящего он уже умял и теперь подбирался к Щуру Тупящему.

— Прогоните эту скотину! Я всё расскажу! – всполошился Бодуэн. – Цезаревна Фиоля на Хрустальной горе у Проклятого замка! Туда за ней прибудет сам Толстый Герцог. А больше мне ничего не известно!