Онлайн книга «Молот Тельхинов»
|
— Было страшно? Тогда, в детстве? – спросил Герцог. Фро ответила не сразу. У неё была привычка честно думать перед ответом, не отделываясь дежурными фразами, и это к ней располагало. — Нет. Будь мне лет десять, я бы, конечно, умерла со страху, но мне было всего три. В три года понятие страха очень размыто. Ты ничему особо не удивляешься. Постепенно я научилась понимать гморфов. У них свой язык, своя логика, свои законы. Надо полностью перестроить сознание, чтобы мыслить, как они, но при этом оставаться человеком… И – да! Главное правило! Все чудилы однофокусные. Пока я отвлекаю гморфа одной рукой, он не отслеживает, что я делаю второй. Смотрите! Показываю на Эйрике! Двигая левой рукой, Фро убедилась, что подросток-переросток гморф на ней сфокусировался, и правой быстро перевязала верёвку с узлами на другие пластины брони. При этом она бесстрашно проносила руку перед вращавшимися челюстями. Затем коснулась бронированной спины гморфа в двух-трёх местах, точно постучав ему в броню. Гморф послушно развернулся и скользнул под пол, в прорытый ход. Далеко он, впрочем, не ушёл, продолжая и оттуда охранять свою хозяйку. — Неужели всё так просто? — Не так уж просто. Гморфы чуткие, улавливают малейшую вибрацию. Пошлите упырика сделать то же самое! Ну, кто хочет поуправлять гморфом? Может быть, вы, ясновельможные паны? Среди упыриков охотников не нашлось. Ясновельможные паны, обыгранные Мировудом, тоже не горели желанием. Как ни странно, и всеначальный волхв не стал играть в героя, пробормотав что-то про желудочный сок гморфов, который растворяет даже кости. — Однофокусные… – протянул Герцог. – Верное замечание! Белка на дереве или птица фокусируются на охотничьей собаке и совершенно не видят охотника. — Да, но ведь и люди не особо многофокусные. Кто-то две вещи в голове держит, кто-то три, мало кто больше. Когда мы думаем об одной вещи, мы выкидываем из головы другую, – сказал Мировуд. Его идея однофокусности тоже явно заинтересовала. Фро испепеляюще посмотрела на него. На сей раз она его слов мимо ушей не пропустила. — ПУСТОЕ МЕСТО ЗАГОВОРИЛО! Ну надо же! – восхитилась она. Герцог заметил, что Мировуд растерялся. Совсем слегка, но всё же. Видеть волхва таким ему редко доводилось. — В былые времена у нас с Фро возникло небольшое недоразумение, – объяснил он Герцогу. — Очень небольшое. Он послал меня на верную смерть! Выкрасть только что снесённое яйцо у птицы Гром, которое она оберегает день и ночь! — Ты могла взять с собой своих гморфов! Самых длинных, десятиметровых! — Чтобы Гром их переклевала? Это как пугать ворону дождевыми червями! — Ну ты же жива! — Жива только потому, что никуда не полезла! Посмотрела на гору издали, а потом развернулась и ушла. — То есть ты не выполнила поручения? — Ты не сказал, что посылаешь меня на смерть! — Не хотел лишний раз тебя тревожить. — Самое интересное – как ты хотел поступить с яйцом птицы Гром? Уж явно не высиживать его собирался? Волхв пробормотал, что в птенцах интересная магия, которой нет во взрослых птицах… Из дальнейшего спора Герцог понял вот что. Мировуд долго жил в Костянке. Его укусила ядовитая древневидла-подземник, и он никак не мог до конца излечиться. Мировуду было скучно, и он познакомился с Фро. Волхв научил её читать, писать, распознавать травы, преподал кое-какие азы магии. Фро очень к нему привязалась. В Костянке особо не с кем было общаться. Душило-Потрошило, Синий Дядя, Глотало-Пожирало, упыри с вампирами… На фоне этих сомнительных личностей волхв смотрелся достойно. Мировуда вообще почему-то любили дети, равно как и ёжики с белками. А сам волхв поступал с ними, как алхимик с белыми крысами. Вот и свою ученицу он однажды взял и не пойми зачем отправил на верную смерть. |