Книга Заповедная тропа, страница 86 – Ольга Богатикова

И да – все это исключительно мои мысли. Что по этому поводу думал Царев, мне было неизвестно. Не факт, что он в принципе размышлял на эту тему. Он, конечно, мужик хороший, с совестью и принципами, но от этого не менее свободный и командировочный, который к тому же ничего мне не обещал. Да и должность у него повыше моей. Что ему, заместителю директора департамента, до какого-то там научного сотрудника из тьмутараканского захолустья?

Последние мысли я старательно гнала прочь. От них становилось так горько и больно, что на глаза наворачивались слезы.

Я не имела ни малейшего понятия, чем и когда закончатся наши отношения (вернее, как раз имела, но пыталась об этом не думать). Будь моя воля, я бы не заканчивала их вовсе. С этим мужчиной мне было так тепло и хорошо, что ради возможности видеть его каждый день я была готова ехать куда угодно – хоть в Москву, хоть на Северный полюс. Главное, чтобы мужчина тоже этого желал. Навязывать ему свое общество мне не позволила бы гордость.

Заявление Царева, конечно, потешило мое самолюбие и даже внушило некую неопределенную надежду, однако, целуя его в губы на ступеньках междугороднего портала, я понимала, что в следующий раз мы увидимся очень не скоро…

* * *

— Привет.

Я вздрогнула и обернулась. Возле забора моего дома стоял Виталик Яровой. Вдоль ограды тянулась широкая дорожка следов, четко выделявшихся на снегу. Зима в этом году явилась в заповедник на третьей неделе ноября, и с тех пор на улице было снежно и морозно.

Очевидно, некромаг ждал меня давно и от нечего делать нарезал вокруг избушки круги.

— Привет, – вежливо улыбнулась я. – Замерз?

— Есть немного, – ответил мужчина. – Пустишь погреться?

Я пожала плечами и, открыв калитку, пропустила его во двор. В доме мы, оставив в сенях верхнюю одежду, сразу же пошли в кухню.

— Чаю?

Яровой кивнул.

— Ты сегодня не была на суде, – тихо сказал он, глядя, как я набираю в чайник свежую воду.

— Не была, – согласилась я. – Требовалось проверить, как жар-птицы обустроились в зимнем гнезде. А еще закончить и сдать отчет по драконам.

— Понятно.

Несколько минут мы провели в тишине. Виталик действительно все понимал: смотреть на бывших друзей, закованных в магические кандалы, и заново перебирать в памяти события последних месяцев было выше моих сил.

Когда чай был готов, я разлила его в чашки, поставила на стол конфетницу и тарелку с песочными пирожными. Виталик подвинул одну из чашек к себе.

— Ваню и Славу посадили на пять лет, – сказал он, глядя, как над чаем поднимается облачко пара. – Алену и Егора Вятского – на три. Еще им придется заплатить штраф – по триста тысяч каждому.

Я молча кивнула и положила в рот маленькую шоколадную конфету.

Следствие по делу о браконьерстве в волшебном заповеднике было проведено в рекордно короткие сроки. По крайней мере, так мне сказал один из правоохранителей. Потом начались заседания суда. Я побывала только на одном, куда меня вызвали в качестве свидетеля.

Виталик ходил на все. То, что к деятельности преступной группы Козловых-Соколова он не причастен, было доказано сразу. Тем не менее он продолжал живо интересоваться этой темой и время от времени отпрашивался у Бессмертного, чтобы навестить Алену.

Мне отчего-то казалось, что после отъезда Царева Яровой явится ко мне, чтобы поговорить. Он же занимался своими делами, общался с сотрудниками магического отдела прокуратуры и беседовать не торопился. Я против этого ничего не имела. Сказать мне ему было нечего, да и времени на болтовню практически не оставалось.