Книга Какао для ведьмочки, страница 36 – Кира Русова

— Ты обалдел?! – толкнув его в твердую грудь, я тут же пожалела об этом.

Он пошатнулся, и его ноги заскользили по крыше. Чтобы удержать равновесие, Громов схватился за мое плечо, и я плюхнулась на мягкое место, утягивая его за собой. Свалившись на крышу, мы начали быстро скатываться по склону вниз. От испуга я пыталась зацепиться ногтями в железные стыки у, но все было тщетно. Макс, растопырив ноги, успел оттормозиться кроссовками и схватил меня как раз вовремя, прежде чем я оказалась у края. От испуга я не заметила, как вцепилась в его грудь и чуть ли не порвала ему футболку.

— Ты что, угробить нас решила? – словно ничуть не испугавшись, усмехнулся Макс. – Я пока не готов к совместному прыжку. Пожить еще хочется.

— Уже б давно чик-чирик и свалили бы с нашей крыши! Может, устроим им бомбардировку? Тогда уж точно быстро свалят! – послышалось теперь где-то прямо над ухом.

Я повернула голову и увидела, как рядом с нами сидят два серых голубя. Ядреный амарант! Так это не Макс сказал, а два этих чердачных упыря?! Какой же идиоткой я сейчас кажусь ему! От стыда мне захотелось провалиться, но желательно не так высоко над городом. Я злобно посмотрела на голубей с ярым желанием высказать им все, что крутилось на языке. Но тогда Максим точно бы решил, что я точно сумасшедшая. Хватит уже на сегодня историй…

— Мне, конечно, нравится, когда девушка царапается, но немного в других условиях, – кивнул Макс на мои руки, все еще крепко сжимавшие его.

— Прости. Я не знаю, что на меня нашло. Мне срочно нужно домой, – оправдывалась я, когда мы поднялись.

— В следующий раз, если ты захочешь экстрима, – просто скажи, и я научу тебя улетать в космос, – сказал он, когда мы вышли на ровную площадку недалеко от дверцы.

— Даже спрашивать не буду, о чем ты. – Я старалась держаться как раньше, но чувствовала себя настоящей идиоткой. Перед тем как уйти с крыши, я еще раз взглянула на город, который, мигая своими огоньками, словно смеялся надо мной.

Когда мы въехали в мой двор, Максим показал на дом наискосок от моего.

— Знакомый двор. Вот в этом друг живет, помнишь, я говорил.

— Так значит, у тебя и правда здесь друг? – удивилась я. – Возможно, мы даже знакомы.

— А ты думала, что я решил за тобой приударить? – хмыкнул Макс, и мне даже стало за себя обидно. – Друг детства. Мы жили тут какое-то время.

— Серьезно? – переспросила я. – Почему уехали?

— Я же говорил – мы часто переезжаем, – вздохнул Макс, и мне показалось, что его это тревожило.

— Тогда, может, мы с тобой уже могли встречаться на этой самой площадке, – кивнула я во двор.

— Не думаю, – Макс покачал головой. – В детстве я был не особо общительный.

Тут между нами повисла пауза. Если бы у тишины было звучание, то конкретно это можно было бы назвать громким. В моей голове в это время заиграл симфонический оркестр. Причем не Моцарта или Вивальди, а версию КиШа «Лесник».

Макс повернулся ко мне и посмотрел на меня так, что мне стало жарко. Вступила флейта, а к ней подключилось фортепьяно. Максим провел кончиками пальцев по моей руке, отчего я вцепилась в свою коленку. Гитара ударила по струнам, и заиграли скрипки. Мой взгляд скользнул к месту, где у него была татуировка, и я сжала пальцы еще сильнее, чтобы не терять контроль над собой. Робиния лжеакация! Ну почему он так приятно пахнет?! Контрабас присоединился к остальным, и теперь оставалось лишь дело за ударными. В голове лишь крутилось: «Я ни в чем не откажу. Я ни в чем не откажу». И почему именно эта песня сейчас в моей голове?