Книга Последний характерник, страница 32 – Валерий Евтушенко

… Серко встретился с гетманом, когда тот подошел к Староконстантинову. Прибытие двухтысячного отряда охочекомонных обрадовало Хмельницкого не меньше, чем встреча со старинным приятелем. В первое мгновение Серко даже не узнал в этом несколько располневшем и немного обрюзгшем пятидесятипятилетнем мужчине того Богдана, который всего четыре года назад вместе с ним осаждал Дюнкерк. Изменилось не только лицо, дышащее надменной гордостью, но стала другой и вся фигура Хмельницкого, приобретя важную, полную собственного достоинства, осанку. Иван подумал, что, пожалуй, лишь его живые черные глаза с лукавой хитринкой в их уголках остались прежними. Хотя гетман за последнее время и стал относиться к окружающими с изрядной долей превосходства и высокомерия, однако с Иваном кичиться не стал и держал себя с ним запросто, как в бытность свою чигиринским сотником. В гетманском шатре нашелся и не один корец забористой оковитой, и приличествующая такому радостному событию закуска. Прежде всего, помянули безвременно ушедших общих побратимов Максима Кривоноса, Ивана Ганжу и Федора Богуна, затем перешли к воспоминаниям о делах старины глубокой: о морском походе на Крым; боях под Смоленском; восстании Линчая; славных битвах под знаменами принца де Конде. Было что вспомнить старым запорожским товарищам и о чем поговорить. Наконец, когда оба находились уже в изрядном подпитии, а жупаны на груди обоих расстегнуты так, что видны были нательные рубахи, Хмельницкий озабоченно сказал:

— Куда же мне тебя девать? Реестр уже составлен и утвержден на раде, полки сформированы. Вакантных полковничьих должностей у меня нет.

— У меня же охотники, — напомнил ему Серко, — они не особенно стремятся в реестр. Я их содержу на свой кошт, да и трофеев хватает. А что касается меня, то для своих людей я не то, что полковник, а царь и Бог.

Гетман на минуту задумался, пригладил рукой редеющие волосы на голове, затем тоном, не терпящим возражения, произнес:

— Нет. Так не годится. Ты уже был куренным атаманом и запорожским полковником, когда тот же Нечай или Иван Богун еще под стол пешком ходили. Назначаю тебя наказным полковником и будешь со своими охотниками выполнять обязанности разведчиков. Хорошая разведка нам ой как необходима. Ну, давай за твое назначение выпьем еще по чарке akva vita! На погибель ляхам!

В Староконстантинове Хмельницкий не был намерен задерживаться долго, так как уже вскоре ожидал прибытия сюда Ислам — Гирея. Серко все это время оставался при гетмане, не получая какого — либо конкретного задания, так что имел возможность лишний раз заняться обучением своих людей. Пока под руководством Верныдуба они до седьмого пота треиировались в рубке лозы, вольтижировке, стрельбе и фехтовании, сам он успел повидаться со своими давними приятелями Иваном Богуном и Данилой Нечаем. Оба молодых полковника не знали, куда усадить знаменитого запорожского атамана и чем угостить. Тогда же Серко встретился со многими из тех, кого знал раньше, и познакомился с ранее незнакомыми ему Станиславом Морозенко и Петром Дорошенко, внуком незабвенного Михаила Дорошенко и сыном Дорофея Дорошенко, бывшего под Смоленском наказным гетманом. Юноша сразу понравился Ивану, в свою очередь и Петр с самого детства был наслышан о его подвигах. Однако продолжить знакомство им помешало приход татарского войска во главе с ханом.