Книга Последний характерник, страница 25 – Валерий Евтушенко

Однако, вскоре обучение пришлось прервать так как в январе 1641 года по стенами Азова внезапно появилось сорокатысячное войско крымского хана, а вслед за ним подошла турецкая армия. В июне турецко — татарские войска обложили Азов со всех сторон. Кроме янычар, крепость осаждали солдаты, набранные из арабов, греков, сербов, албанцев, венгров, валахов и других народностей, населявших земли, подвластные Османской империи. В турецкой армии находились также инженеры — подрывники из Испании, Венеции, Франции и Швеции. То были мастера по разрушению крепостных сооружений. Сосредоточенный в Анапе флот состоял из 100 каторг, 80 больших и 90 малых судов. Стенобитных пушек, стрелявших ядрами весом до пуда, насчитывалось около сотни. Общая численность турецко — татарских сил, прибывших к Азову, достигала 200–250 тысяч. Всей этой грозной силе противостояло пять тысяч казаков во главе с атаманами Осипом Петровым и Наумом Васильевым. Турецкие войска повели осаду крепости по всем правилам военного искусства. Огонь из тяжелых пушек нанес ей громадные разрушения. Стены были разбиты во многих местах до основания. Из 11 башен уцелели только 3, да и те сильно пострадали от обстрела. Спасаясь от пушечных ядер, казаки покинули дома и вырыли для жилья глубокие землянки. После столь сильного артиллерийского обстрела турки предприняли мощную атаку крепости. Удар численно превосходивших войск казакам было трудно отразить, и они оставили Топраков. Донцов спасли заранее вырытые подземные траншеи.

Серко сейчас вспоминал, как после этого осажденные вынуждены были большую часть времени проводить под землей в то время, как турки стали насыпать земляной вал вокруг азовских стен и даже выше них, устанавливая на его гребне тяжелые осадные орудия. Выпущенные из них ядра проделывали бреши в стенах, сносили дома, поджигали строения. Тогда — то он и обратился к атаману Петрову, с которым они сдружились еще подростками, и предложил подвести под земляной вал подкопы и взрывать его. Атаман поддержал это предложение, и тогда началась настоящая «подземная» война. Казакам удалось скрытно сделать несколько подкопов под вал и он вместе с осадными орудиями взлетел на воздух. Гуссейн — паша, силистрийский губернатор, командовавший осадой Азова, приказал насыпать новый вал чуть поодаль. С этой насыпи турецкая артиллерия в течение 16 суток днем и ночью вела обстрел городских стен и построек. Одновременно турки и сами повели в сторону крепости около 17 подкопов. Казаки рыли навстречу им свои ходы. В одну из таких вылазок пороховой заряд взорвался раньше, чем Серко рассчитывал, и его засыпало землей в подземном ходу. Спас его тогда Иван Донец, который рискуя жизнью, разгреб двухметровый слой рыхлой земли голыми руками и вытащил его, уже потерявшего сознание, на свет божий. С того времени они побратались, но со времени окончания «Азовского сидения» больше не виделись, так как Иван вернулся в Мурафу, а Донец остался в Азове.

Теперь узнав, что его побратим стал запорожским полковником и находится впереди всего в десятке верст, Серко откровенно обрадовался.

— Соединимся с Донцом, — сказал он Верныдубу, — вместе оно всегда лучше, а то тут того и гляди наткнешься на ляхов. Похоже, что они уже чувствуют себя здесь в пограничных районах полновластными хозяевами.