Книга Звезда Мафусаила, страница 7 – Валерий Евтушенко

На боевое дежурство должен был заступать весь боевой расчет крейсера, включая отделение космических десантников, которыми командовал Герман Копылов, но зачастую они, как и в этот раз, оставались в казарме. Их присутствие обозначал лишь сам Копылов, по прозвищу Геракл, уютно устроившийся сейчас в своем кресле в углу рубки и временами беззастенчиво похрапывавший, хотя по инструкции спать на боевом дежурстве запрещалось.

Как это обычно бывает на дежурстве, время тянулось медленно и скучно. Согласно инструкции разговаривать на отвлеченные темы запрещалось и это было хуже всего, полное молчание угнетало, раздражало, злило, бесило, но чуткие самописцы были растыканы службой безопасности во всех потайных местах звездолета и даже Денис Хромов не всех их еще обнаружил. Если же эти «шпионы» зафиксируют нарушение инструкции, то это грозило строгим взысканием, а портить себе послужной список никому не хотелось, ведь какой молодой офицер Звездного Флота не мечтает стать адмиралом.

Но вот, наконец, до окончания боевого дежурства осталось тридцать минут. Феликс, неотрывно вглядывавшийся в головизор, видимо, постепенно погрузил себя в самогипноз, так как, когда внезапно голограмма вспыхнула ярко-зеленым светом и в кубе головизора вместо космической пустоты возникло лицо диспетчера, даже непроизвольно вздрогнул.

— В зоне вашей ответственности обнаружен неизвестный неопознанный объект. Его точные координаты переданы Электронному Мозгу вашего крейсера. Приказываю объект уничтожить! — раздалась четкая команда диспетчера. Она прозвучала настолько неожиданно, что Феликс вместо уставного ответа: «Есть уничтожить!» непроизвольно потребовал подтверждение приказа.

— Приказ подтверждаю. Объект уничтожить! — сухо подтвердил диспетчер и исчез с экрана.

— Есть уничтожить неизвестный объект! — запоздало ответил Феликс и повторил Громову приказ диспетчера командного пункта.

Илья Громов с таким же удивлением на лице, как и у самого командира, нажал клавишу на своем пульте управления стрельбой. Две ракеты, сорвавшись с аппарелей, понеслись к цели, захватив ее своими бортовыми локаторами. Через несколько секунд в головизоре ярко блеснула вспышка и неопознанный объект перестал существовать.

— Интересно, что это мы уничтожили? — задумчиво спросил Илья, но ему никто не ответил.

Ответ на этот вопрос пришел буквально через несколько секунд и был он обескураживающим.

На экране головизора неожиданно появилось разъяренное лицо командующего эскадрой контр-адмирала Чернавина, который, едва не брызжа слюной, кричал Феликсу:

— Зачем вы уничтожили госпитальный корвет? Кап-три, вы, что сошли с ума? Идиот, это же военный трибунал!

— Я выполнял приказ диспетчера, — внезапно осипшим голосом ответил Яворский.

— Какого еще диспетчера? Вы в своем уме? — продолжал орать в бешенстве адмирал.

— Диспетчера командного центра, который отдал мне такую команду!

— Немедленно возвращайтесь на базу и не смейте даже прикасаться к приборам связи! Вас встретят представители компетентных органов! — лицо адмирала исчезло с экрана.

Все, что происходило дальше напоминало кошмарный сон. Едва «Стремительный» опустился на причальную палубу своей военно-космической базы, на борт поднялись офицеры военной контрразведки, молча одевшие на весь экипаж наручники. Не было сделано исключения даже для Копылова, который так и дремал в своем кресле даже во время пуска ракет. Работники службы безопасности занялись изъятием средств связи и контроля в рубке крейсера, а его экипаж препроводили в офицерское общежитие, где всех вместе поместили в одну просторную комнату из трех секций, с кухней. Наручники с них сняли, но в коридоре была выставлена усиленная охрана из космических десантников. Спустя час к задержанным прибыл следователь военной контрразведки, пожилой офицер со знаками различия командора, который приступил к их допросу. Тогда и выяснилось, что объект, по которому был произведен пуск ракет, являлся яхтой самого Императора, но к счастью она не пострадала, а ракеты уничтожили госпитальный корвет, случайно оказавшийся поблизости.