Книга Великие Спящие. Эпилог. Том 1. Тот, кто никогда не сдаётся, страница 186 – Виталий Зыков

Туда, где словно бы из воздуха соткалась фигура мага, одного появления которого хватило, чтобы все присутствующие в кальянной духи замерли в совершенном благоговении.

— А вот это всё-таки было лишнее… — объявил новоприбывший, однако сказал это таким тоном, что стало понятно — предателей он не любил никак не меньше бывшего Магистра Наказующих.

— Надеюсь вы вспомните об этом своём совете, когда будете казнить уже своих собственных изменников? — усмехнулся Бримс, изучая гостя внимательным взглядом.

Надо сказать, тот выглядел весьма примечательно. Высокий, белокожий, с чуть заострёнными кончиками ушей, характерными для потомков эльфов. Вместо привычного камзола, брюк и сапог облачён в нечто вроде зелёной тоги и плетёные сандалии. Оружия нет ни в руках, ни на поясе, однако на левом запястье болтается защитный артефакт в виде золотого наборного браслета, а на шее висит внешне скромный медальон с вибрациями готового к применению боевого заклинания.

В плане магии новоприбывший вообще выглядел необычно. И дело тут было никак не в малом количестве колдовских инструментов. Просто Бримсу ранее не приходилось видеть чародеев, в которых столь слабо проявлялась мощь Стихий, и где столь явно сверкала сила Астрала. Когда-то бывший Магистр Наказующих примерно так себе представлял рептохорсов. Которые наверняка обладали значительно большими знаниями о мире по ту сторону реальности, но вряд ли так уж сильно выделялись в плане личного Дара…

Впрочем даже не это было самым главным в облике гостя. На вкус Бримса самым интересным здесь было всё-таки лицо. Потому как перед ним стоял единственный человек на всём Торне, во внешности которого проглядывала одновременно и инаковость Перворождённых, и человеческая приземлённость их злейшего врага — Владыки К’ирсана Кайфата. То есть тот, кого простые смертные называли некоронованным правителем Ралайята, а люди гораздо более осведомлённые знали под именем Яр’грона, сына Владыки Сардуора.

— Наверняка нет, — внезапно рассмеялся хозяин Мелисандрины, кажется поначалу не понимавший, как реагировать на реплику бывшего Магистра Наказующих. — Вероломство весьма выгодно, когда оно направлено не на тебя, и весьма порочно во всех остальных случаях.

На этих словах он неторопливо прошёл через весь зал к столику Бримса и с подчёркнутой небрежностью положил перед ним предмет, который тот уже даже и не надеялся когда-нибудь увидеть. Яр’грон словно какую-то безделицу выложил на стол тот самый небольшой бронзовый додекаэдр, который бывший Магистр Наказующих некогда сделал хранилищем для ещё одной частички своего Дара и ради которой он собственно и затеял всю эту встречу эл’Гунном.

— Хм, неожиданно, — протянул Бримс, изучив дар диагностическим заклинанием и обнаружив к своему удивлению спрятанную внутри знакомую энергетическую структуру. И ни единого следа нарушения цельности плетений!

— Ну с чего-то ведь надо начинать знакомство? — вежливо улыбнулся Яр’грон. — Так почему же не с чего-то приятного?

— Тоже верно, — вздохнул Бримс и наконец оторвал взгляд от додекаэдра. — Насколько понимаю передо мной фалет Яр’грон, прославленный сын самого Владыки Сардуора?

Собеседник учтиво, как на светском приёме, поклонился. Тот факт, что Бримс буквально только что собственноручно казнил его сторонника, правитель Ралайята явно отбросил как незначительный.