Книга Великие Спящие. Эпилог. Том 1. Тот, кто никогда не сдаётся, страница 125 – Виталий Зыков

Какие только версии не выдвигали писаки и разного рода «эксперты»! Одни утверждали, что это месть поверженных богов, другие ухитрились приплести воинов императора Поднебесной, сорок с лишним лет копившего обиду за спасение клана Серебряной луны, а один деятель — к слову всю жизнь специализировавшийся на ремонте холодильных артефактов и вдруг ставший гением анализа — вовсе с ходу обвинил в некомпетентности лично Владыку. Мол, сдулся гроза богов и разрушитель государств, подготовить экспедицию нормально не может. Однако даже на фоне творящейся в газетах вакханалии данное заявление звучало откровенно смешно, и потому больше мнение этого знатока Сардуора в прессе не мелькало.

Ну а потом канцелярия Архимага выступила с соболезнованиями по поводу гибели сардуорского корабля в порождённого случайными флуктуациями Силы шторме, и общественное мнение утихло. Появились темы поинтереснее, вроде массовой пьянки младших учеников Академии Общей магии или разорения монстрами очередной деревни на юго-западе Грольда.

И только Олег никак не мог успокоиться. Потому как именно он был тем, кто спровоцировал обиду Нолда на Сардуорскую империю, и кто лучше кого бы то ни было знал, чья злая воля стояла за трагической гибелью так и не состоявшейся экспедиции.

«Дерьмо мархуза! Как же хорошо-то… Ну кто, кто сказал, что месть приносит опустошение? Она сладка! Бездна, как же она сладка», — мысленно кричал он, не в силах справиться с охватившим его восторгом.

Сколько Чимир мечтал нанести проклятому выскочке хоть какой-то урон, разрушить хоть какие-то его планы, и всё бестолку. А стоило прислушаться к советам льера Н., немного потрудиться, самую малость рискнуть, и вот уже весьма важная для К’ирсана Кайфата задумка отправляется мархузу под хвост.

Проклятье, знай он заранее, что всё так сложится, то согласился бы поучаствовать даже бесплатно…

Чересчур увлёкшийся фантазиями Олег, который в этот момент сидел в кресле-качалке на веранде арендованного им домика, наконец опомнился и, прекратив раскачиваться, раздражённо смял в кулаке газету.

— Хфурга мне на язык, пожалуй с последним я таки погорячился, — сказал он вслух, с привычной болью вслушиваясь в хрипоту собственного голоса. — За просто так на разлюбезного льера всё же пусть идиоты работают. А у меня как-никак есть тот, ради кого жить и ради кого бороться!

Он со вздохом поднялся, заклинанием подтянул к себе посох и тяжело зашагал внутрь дома. Вернувшийся после полугодичной вахты на самом северном из Глаз Тюра сын как раз должен был закончить тренировку, а значит они могли поговорить. Ну или хотя бы попытаться это сделать.

Олег миновал пару проходных комнат, разминулся с единственным слугой — содержать больше им было не по карману — и после осторожного стука вошёл в испещрённую колдовскими знаками комнату. Это была весьма слабая замена полноценной комнаты Стихий, где и пристало заниматься магам старших уровней, но сделать что-то более продвинутое Олег пока не мог. Не хватало ни подходящих материалов, ни знаний рун — он и так выжал из своего понимания гномьей чародейской письменности максимум возможного.

Вот только Туран понимать и принимать стеснённость их обстоятельств категорически не желал.

— Я кажется не говорил, что можно войти! — выкрикнул тот, стоило Олегу переступить порог комнаты.