Книга Тень на стене, страница 92 – Тимофей Иванов

А сейчас моя копия поднялась с булыжника в пещере и отправилась ко мне с законченной восьмигранной пластинкой, густо исписанной иероглифами и буквами. Всё таки дракон подвергал меня весьма различным медицинским воздействиям и это нужно было отражать в артефакте. Для заживления кожи нужно одно, для мяса другое, для перелома третье, если он со смещением, кости нужно ещё и сдвинуть в правильное положение, отбитая почка требует пятого, печень шестого, пробитое же лёгкое — это уже совсем другая история. Вот и приходилось впихивать невпихуемое, чтобы не раздувать размеры амулета до Розеттского камня. С таким по пещерам не побегаешь. И это была ещё одна причина, почему артефакторикой часто занимались двойники. Не слышал, чтобы у воинов-чародеев бывали проблемы со зрением, но символы уже столь мелкие, а освещение столь паршивое, что я опасался за свои глаза. Мне бы микроскоп с хорошей подсветкой и инструменты поминиатюрнее… Но чего нет, того нет и за неимением гербовой бумаги, подтираться приходится наждачной.

Дождавшись прибытия своей копии, я остановил схватку и вытер со лба трудовой пот, после чего проговорил:

— Ну взглянем-с.

— И не только взглянем-с — хохотнул мой недавний противник, крутанув в руке орудие.

— Не сыпь мне соль на сахер — поморщился я.

Разговоры с самим собой по прежнему отдавали лёгким раздвоением личности, однако уже некоторым образом вошли у меня в привычку. Особенно когда впереди что-то неприятное. Сейчас в очередной раз был именно такой случай. На ком мне кроме себя самого проверять работу целительных артефактов? Других людей-то тут нет, а те же гаргли и гоблины устроены иначе. Так что после контроля качества, от которого зависит моё собственное здоровье, я положил оружие и скинул с себя танчжуан, а точнее его остатки. Кимоно Юлана уже давно пришло в полную негодность, а теперь та же участь постигла и мою рубаху. На рукава хоть вообще не смотри. Хорошо штаны ещё держатся. Вслед за рубахой на землю полетел пояс, на внутренней стороне которого я приладил крепежи для талисманов. Так они ближе к телу и эффективнее работают.

— Ну что, готов? — поинтересовалась копия, поигрывая оружием.

— Как пионер — фыркнул я, сжимая в одной руке новую поделку, а вторую вытянув вбок.

Двойник примерился и резко взмахнул оружием, оставив мне на коже тонкий порез. Практика показала, что чем быстрее наносится рана, тем меньше от неё боли. Изучив по сути глубокую царапину, я с удовлетворением увидел, как она закрылась, превратившись в шрам, а затем и вовсе рассосалась. Осмотрев «каменную таблетку», я произнёс:

— Скорость заживления раны незначительно увеличилась. Расход энергии остался прежним. Похоже добавления в третий верхний слой понятия «тромбоциты» было верным решением.

— Только пришлось неделю мучиться, пытаясь правильно записать в непрерывную линию начертания между подходящими иероглифами — фыркнул сегодняшний артефактор, будто всё это время трудился именно он. Некоторые эксперименты всё таки приходится производить своими руками, это по не до конца понятным причинам влияет на результат. Теням же можно доверить только узкие переделки в строго определённых пределах.

— Нечего гундеть, в журнал лучше записывай — в итоге проговорил я, взмахнув зажившей рукой.