Книга На чужой земле, страница 48 – Тимофей Иванов

Как бы там ни было, а закончив со снаряжением, мы двинулись в храм богов. Наверно в иной ситуации я бы нервничал перед столь знаковым событием в моей жизни, но сейчас всё происходило настолько на бегу, что времени на мандраж не оставалось. Я просто встал в центре круга огромных идолов у корней ещё более огромного древа, что укрывало своей кроной капище. А Гринольв встал напротив и начал задавать ритуальные вопросы:

— Клянёшься ли ты быть мудрым пред ликом Одина?

— Клянусь — коротко ответил я.

— Клянёшься ли ты быть разумным пред ликом Локи? — задал учитель новый вопрос, который звучит в храмах нечасто. Уж больно специфичен у меня бог, порой о нём стараются не вспоминать, но в моём случае это просто невозможно.

— Клянусь — был мой ответ.

— Клянёшься ли ты быть храбрым пред ликом Тюра? — последовал новый вопрос.

— Клянусь — почтил я своими словами бога войны и отваги.

— Клянёшься ли ты быть защитником ассонов и Ассонхейма пред ликом Тора? — прозвучала новая ритуальная фраза.

— Клянусь — ответил я, обещая продолжать на земле дело официального небесного защитника асов и людей.

— Клянёшься ли ты быть честным пред ликом Форсети? — в этот раз вопрос почтил сына Бальдра, бога праведных судов, что было довольно забавно в свете того, как начался этот день.

— Клянусь.

— Слово сказано — провозгласил Гринольв — Сим свидетельствую пред богами и людьми, мой ученик стал вирдманом. Нет у меня более власти над его нитью.

— Сим принимаю это звание перед богами и людьми — отозвался я, а потом поклонился со словами — И благодарю мирозданье за такого учителя.

— Ну будет. Пошли уже — махнул мне рукой уже бывший наставник. Мой последний пассаж не был частью церемонии, а шёл от чистого сердца и кажется даже немного растрогал старикана. Впрочем за то, что он для меня сделал, я бы ему и не так поклонился, а лбом бы по полу от души постучал, как тот дурак, которого заставили богу молиться.

Когда мы уходили с капища, мой взгляд слегка зацепился за юношу, что стоял, вальяжно облокотившись спиной на ясень в центре капища. Парень выглядел колоритно в первую очередь из-за копны огненно-рыжих волос, которые слегка шевелил ветер, предавая им сходство с пламенем. На их фоне как-то терялось и не слишком внушительное телосложение, которое более соответствовало бы не тяжелоатлету или боксёру, а каратисту или конгфуисту. Да и одет он был неприметно, его дублет, штаны и сапоги имели один и тот же цвет, которые почти сливались с корой дерева. Правда стоило мне об этом подумать, как между нами прошли несколько жрецов Одина, а когда те пропали с линии обзора, то никакого юноши на прежнем месте не оказалось.

— Ну хоть в этот раз палкой не бил — едва слышно прошептал я, когда до меня дошло, что мой бог таки почтил моё посвещение в вирдманы своим присутствием.

Тема богов вообще некоторое время занимала мой разум, но как-то я успел к ней перегореть. В перерыве между жизнями их видно не было, как и биврёста. В легендах в дела смертных они практически не вмешивались, им своих разборок с развлечениями хватало. Ну а я видимо дважды встретился лично со сверхсущностью, которой посвещён, однако оба раза она не нарезала мне никаких задач и не наложила никаких ограничений. Ну кроме того, что согласно клятве я должен быть разумен в контексте «коварен с врагами», но тупить-то я бы и без неё не собирался. Так что наличие интереса от жителя Асгарда кажется ничем мне особо не мешало и даже заметно помогало при общении с духами, а потому повода для волнений вроде бы не просматривалось. Да и я по всем признакам мелкая сошка, в лучшем случае вызываю просто любопытство Великого Шутника, как перерожденец. Со своей же стороны лучше излишнего интереса пока не проявлять, ведь разумнее быть подальше от начальства и поближе к кухне, а божественное оставить богам. В конце концов даже то почему в прошлый раз Локи был стариком, а в этот почти подростком, дело исключительно самого Локи, он ведь и в животных может обращаться. Только не сношает при этом всё что движется, как какой-нибудь Зевс, у которого все мозги не в голове, а в головке.