Книга На тропах судьбы, страница 13 – Тимофей Иванов

Тирон Форда, паладин Света, защитник веры и народа, совершал утреннюю молитву, встав на одно колено, положив руки на рукоять шестопёра и пытаясь изгнать сомнения из своего разума. Голова праведного воина должна быть холодна и чиста, а в сердце должен жарко гореть огонь веры. Однако в последнее время его мысли и чувства претерпевали не самые приятные испытания. Мало было ему дальнего путешествия с войны, где всё просто и понятно — на одной стороне стоят люди, а по другую сторону границы кочуют нечестивые твари, — в город рабовладельцев, где каждое мгновение приходилось сдерживать свой праведный гнев!

Во-первых, выяснилось, что по хорошему там не торговать стоило, а вырезать всех господ до того, как те призвали демонов. Во-вторых, пришлось ввязаться в договор с северным варваром. Наглым, хитрым и откровенно не самым приятным полукровкой с острыми ушами и ещё более острым языком. А в третьих, Инферно побери, Каила пообещала «деловому партнёру» их службу за спасение выкупленных единоверцев от порождений тьмы. Но будто всего перечисленного было мало, Свет почему-то благоволил дикарю, как никому другому. Тирон не мог припомнить, чтобы кто-то был способен призвать Свет так, как это сделал жадный язычник. Даже в легендах с житиями святых ничего подобного, вроде бы, не упоминалось. Однако, варвар с острыми ушами обрушил само солнце на демонов, обратив их в бегство. Причём сам при этом едва не сгорел и его чудом удалось спасти. Это пожалуй было единственным, что хоть как-то примиряло паладина с ситуацией.

Было неприятно осознавать, но если бы язычник не претерпел ущерба, Тирон бы начал сомневаться в самом Свете. Однако этот, с какой стороны ни посмотри, неприятный дикарь по крайней мере был готов положить свою жизнь на алтарь победы в битве с демонами. Возможно Высшая Сила рассмотрела в нём что-то хорошее, раз откликнулась на его зов. В летописях ему пару раз попадались упоминания, как бывшие разбойники и откровенные головорезы раскаивались в своих деяниях, приходя в итоге к Свету и становясь его верными слугами. Есть вероятность, что этот язычник просто ещё не прошёл свой путь до конца, а находится лишь в его начале. Конечно это не объясняло, почему он может опираться на проявление Высшей Силы уже сейчас, но неисповедимы пути Света. Возможно даже его служба и обещание жрицы, чья ветвь в иерархии церкви стоит выше паладинов и монахов, была частью некого высшего замысла. Как и основание этого поселения даже не на краю известного мира, а где-то за его пределами — среди снега, льда и смерти. Как и помощь других варваров, что встретили их посреди моря и привезли на берег холодного континента еду и стройматериалы, которые затем были с головокружительной скоростью переброшены к странному оазису тепла на драккарах по воздуху. Как знать, может быть в итоге праведные слова найдут дорогу к сердцам язычников и сделают их теми воинами Света, которые достойны его благоволения. Нужно просто продолжать верить и со временем всё станет очевидно, просто и понятно, а он посмеётся над своей глупой неуверенностью в высшем замысле. Эта мысль успокаивала и отодвигала сомнения на задний план, как и молитва.

А потому, закончив взывать к Свету, Тирон поднялся на ноги и повесил шестопёр на пояс, отправившись к драккару, способному летать. Ещё одно магическое чудо, явно указывающее на вмешательство высших сил, но сейчас оно по крайней мере не терзало его новыми сомнениями, опасными перед битвой. А она ожидалась, язычники обнаружили следы нечистых созданий в руинах и твёрдо вознамерились уничтожить их, что в целом было благим делом и вполне укладывалось в его рассуждения о их пути и будущем, что известно Свету, но не известно ему. Правда сами они по прежнему оставались собой, а потому готовились к столь ответственному дню отнюдь не молитвой. Прямо сейчас два воина рядом с бортом ударили друг друга головами, облачёнными в шлемы, после чего один из них произнёс: