Книга Быть неизменным, страница 31 – Тимофей Иванов

Молча порадовавшись хорошо сделанной работе и тому, что мразей в этом мире стало чуточку меньше, я сыто улыбнулся и отправился к шалашу с пленницами. Те предсказуемо не спали, попробуй тут закемарь в окружении бандитов, убивших твоих слуг и охранника. На девчонок многое сегодня свалилось, так что я не удивился, что смотрели они на меня со страхом. Однако надо было как-то налаживать контакт, так что я положил двуручник на землю и начал резать верёвки на пленницах честно экспроприированным ножом со словами:

— Спокойно, дамы. Плохое закончилось, теперь всё будет хорошо.

Айва вас Багарнэ лежала в грязном шалаше на какой-то дерюге, пыталась хоть что-то сделать с руками, туго связанными за спиной, молилась и силилась не обращать внимание на слёзы обиды, текущие по щекам. Как всё так могло получится⁈ Её же просто не должно было оказаться здесь! Она лишь проехалась со своим отцом по их соседям, двигаясь в столицу графства, до которой не получилось даже добраться. Наверное там, во время злополучной остановки в пути всё и пошло наперекосяк? Визит вежливости должен был показать, что у её батюшки выросла красивая дочка и окрестным дворянам пора бы уже начинать засылать сватов. Да, род Багарнэ не может похвастаться ни древностью, ни большим богатством, но здесь всё в принципе были такие. Полтора столетия назад, после успешного похода герцог Аликданский даровал землю не только отличившимся шевалье, но и простым воинам, возведя их в дворянское достоинство за ратные подвиги. С тех пор они потихоньку обживают этот суровый, но красивый край, отбитый у лесных гоблинов. Да, в их владениях нет огромных полей да и вообще почва не слишком плодородна, но охотники исправно платят налоги пушниной, что тоже очень недурно.

Однако благоденствие в их уютном мирке было нарушено. Пока они гостили у старинного друга отца, отдыхая с дороги и думая двинутся дальше, ко двору графа Вингота, где её на празднике весны можно было бы вывести в свет, от оного графа прискакал гонец. Его светлость созывал знамёна из-за конфликта с графом Мотом, попытавшимся в прошлом году подгрести под себя медную шахту на границе их владений. Тогда его люди получили достойный отпор, но похоже их сюзерен не понял намёка и начал собирать войска. Его светлость решил ответить тем же. А почтенный батюшка Айвы повёл себя как старый боевой конь, услышавший звук трубы. В путешествии их сопровождали два десятка воинов, их он и решил взять с собой, оставив с дочерью лишь одного бойца. Да, десятник Григор был опытным воякой и на него можно было положится, но этого явно оказалось недостаточно, если учесть то положение, в котором она оказалась.

Впрочем поначалу путешествие проходило более чем спокойно. Они планомерно двигались к дому, неприятности обходили стороной их карету, сопровождаемую одиноким всадником в кольчуге и при оружии. В пути к ним даже присоединился бард Каллисто, путешествующий по Габфору с лютней. Юноша, на лице которого ещё даже не успели начать расти усы, имел весьма приятную внешность, сладкий голос, бойкий нрав и с его слов собирал истории о изгнании отсюда гоблинских племён, чтобы написать поэму о храбрости предков. Айве пришлось прочитать немало дневников, заучивая хронику своего рода и она готова была ими поделиться, если бард будет развлекать её в дороге. Тот согласился, попросив лишь вдоволь себя кормить. А на обещание Григора отрезать яйца негоднику, если он полезет к госпоже, ответил беззаботным смехом. Его причина сегодня стала очевидна, светловолосый юноша на деле оказался светловолосой девушкой.