Книга Зеленый путь, страница 97 – Тимофей Иванов

— Когда-то, в золотой век, так и было — проговорил друид.

— Золотой век? — поинтересовался я — Не припомню чтобы ты о нём рассказывал.

— Да был такой на зоре времён у нас. Земли на всех хватало с избытком, общины с друидами жили привольно и даже простые крестьяне с охотниками успевали увидеть в разы больше вёсен, чем сейчас. Что уж говорить про тех, кому открыты тайны Природы? Однако со временем всё становилось хуже и хуже, последовал сначала серебряный век, а потом бронзовый, который в свою очередь сменил век героев. В нём наши предки встретились с иными видами разумных существ и начались войны. Ну а сейчас закончен и он, теперь в Моравии так бывает, что люди одного корня из разных княжеств идут друг на друга с огнём и мечом. На самом деле ужасное время, если подумать — заметил он.

— Ага. Ещё раньше небо было выше, трава зеленее, а у баб сиськи больше — проворчал я на эту историю.

У нас тоже одни считали, что хорошо было при батюшке-царе и хрусте французской булки, а другие превозносили Советский Союз, что оказался не таким уж нерушимым. Нет, не спорю, и там и там были положительные моменты, но правда в том, что никогда люди не жили так хорошо, как в покинутом мной времени. Просто технический прогресс не стоял на месте и нам перепало его плодов от свободы знаний в интернете, где любые учебники можно достать и с любыми специалистами посоветоваться, до качества лечения зубов. В фильме «Иван Васильевич меняет профессию» про Шпака не совсем шутили, к стоматологам совсем недавно и взрослым мужикам ходить было страшновато. Но людей не убедишь, древние римляне с греками тоже верили в прошедший золотой век. Будут говорить про то что раньше было лучше и после две тысячи сотого года на Земле. Лишь бы ядерной войны не было и было кому говорить.

— Не веришь? — с усмешкой спросил у меня Корнегур.

— Не буду верить из принципа, даже если это правда. Что вообще за дурь? Раньше было лучше и так хорошо уже точно не будет — добавил я в голос драмы — Будет! Жизнь на том стоит, что мы поколение за поколением работаем, чтобы оставить своим детям что-то, чего не было у нас. Или хотя бы то, что было, но больше и лучше. Так что сказки это про золотой век, он не позади, а впереди, надо просто не ныть, а работать, строя до него дорогу, вот и весь сказ.

— Такая точка зрения тоже бытует, на ней мой учитель стоял. Правда его это никуда не привело — покачал друид головой, опять осушив кружку.

— Какой он вообще был? — спросил я, тоже воздав должное вину.

— Когда мудрый, а когда импульсивный и пожалуй второго в нём было больше, чем первого. До седых волос дожил, а всё хотел мир переделать, как мальчишка. И смести тех, кто мешает — проворчал Корнегур — Не становись лучше таким как он. Они горят ярко, но конец всегда один.

— Конец всегда один в любом случае, никто не вечен, а смерть однажды всех запишет на свой счёт, тут тот труполюб не ошибся — хмыкнул я, после чего продекламировал на моравском — Время стирает в песок даже острые скалы. Все вещи однажды растают, как утром туман над водой. И звёзды исчезнут, и люди исчезнут, и страны. Но то, что ты делал добро — навечно с тобой.

— Песня какая-то? — поинтересовался друид, опять разливая вино — Можешь спеть?

— Могу, но толку-то? Ты ж языка не поймёшь — фыркнул я, делая новый глоток крепкого вина.