Книга Между водой и камнем, страница 61 – Тимофей Иванов

А после насыпь буквально взорвалась. Вражеский волшебник не пожалел сил, долбанув в неё новым воздушным тараном. Я добавил к материальному щиту Абракса магический, нас это спасло, но после этого тут же стало жарко. Воин и барс вынуждены были встать плечом к плечу и пятиться под напором врага. Я отправил ледяное копье в просвет между ними, нанизав на него сразу двоих противников. Потом всё как-то слилось в одну кровавую карусель.

Оскаленные в крике лица, удары сталь о сталь, новые заклятия и мат с обеих сторон с обещаниями убить друг друга. Внезапно из серой массы противников выделился «сегментный» командир, насевший на Абракса. Его широченный полуторник перерубил древко копья здоровяка и тот вынужден был хвататься за свой клинок, прикрываясь шитом. Ахилл ударил когтями вражину по ноге, приняв меч одного из рядовых налётчиков на плечо. Вражеского предводителя он подрал, но в следующую секунду едва не лишился головы, чудом отскочив назад и отделавшись раной на лбу. Какое всё таки счастье, что у него крепкий череп.

Абракс тем временем успел выхватить меч из ножен и нанести удар, но тот был принят на щит. Однако тут в игру вступил уже я, использовав корни, начавшие пеленать противника и лишить его подвижности. Новый удар меча вражеского вожака оказался довольно медлительным и был принят бугаем на щит. Ответный выпад Абракса противник сумел заблокировать уже своим щитом, но оказался открыт для меня. С посоха слетело ледяное копьё, ударившее его вниз живота с силой молота и пробившее броню. Враг взвыл и упал на землю, а я оказался вынужден снова ставить магическую преграду против воздушного заклятия, пока налётчики, толкаясь, оттаскивают назад недобитка.

— Вы всё равно всё сдохните! — проорал я от обиды.

— Победа или смерть! — гаркнул здоровяк, пойдя в атаку.

Противники сгрудились, мешая друг другу, когда спасали своего предводителя и Абракс безошибочно учуял момент их слабости, как акула кровь. Он ударил щитом, сбросив какого-то неудачника вниз и нанизал на меч второго. Ахилл не отстал от него, распоров ноги ещё одного налётчика, а когда тот упал на колени сомкнул челюсти на его шее, помотав окровавленной головой. Учитывая размеры кошака, зрелище получилось страшное, один из пиратов в стёганке даже впал в ступор, получив по лицу ногой уже дохлого товарища, которым размахивал гигантский барс, пока шея мертвеца не сказала, что её полномочия всё. Я тоже полез вперёд, долбя вражеского мага льдом, на пределе сил. От первого ледяного копья он укрылся одним из воинов, второе принял на чародейский щит, но третье наконец достигло своей цели, разворотив ему плечо. Короткий жезл выпал из ослабевшей руки волшебника и он тут же получил между глаз кромкой щита Абракса, опять заоравшего:

— Сдохните!

Следующий противник отведал его меча, сложившись пополам и пытаясь удержать свои кишки, выпадающие из распоротого брюха, а стоящий рядом с ним налётчик бросил топор под ноги, прокричал:

— Сдача! Сдаюсь!

Здоровяк долбанул щитом и его, не успев остановить движение и гаркнул:

— Сдавайтесь или умрите!

Выглядела его шрамированная и перекошенная в боевой ярости морда достаточно убедительно, чтобы ближайшие противники, лишившиеся командования, прониклись моментом. Тем более что с другой стороны тропы на них наседали наши основные силы, с фланга долбили стрелы, а самих любителей набирать рабов осталось немного. Острая сталь начала падать на серые камни, делая это всё быстрее, пока все налётчики не оказались безоружны.