Книга И грянет буря, страница 16 – Тимофей Иванов

— Учитывая то, что вы ласково называете дракона Белой Смертью, то мне вероятно бессмысленно просить вас подвезти меня к нему на одном из кораблей? — поднял я бровь, задавая вопрос.

— Боюсь, что так — развёл руками эльф — Драконы опасные существа, а мы пока что ценим свои жизни.

— Не могу вас за это осуждать — кивнул я, прикидывая сумею ли я добраться куда надо, призвав духа воды или придётся как-то изворачиваться. По всему выходило, что вообще должен бы справится так. Вода конечно тут довольно холодная, но будучи частично фениксом мне тяжеловато замёрзнуть по настоящему, а мелких островов для отдыха на пути довольно много. Там вряд ли конечно много топлива для костра, но Феанора это мало волнует, огонь он может организовать и так. Однако могут быть и другие проблемы — Не могли бы вы мне подсказать мне, много ли в здешних водах опасных хищников?

— Ну вообще не так уж мало. Акулы бывают довольно крупные, есть плотоядные киты, иногда встречаются морские змеи до тридцати метров длинной и кракены. Но последние совсем редко, мы собственно видели только одного, которого Белая Смерть как раз убил и понёс к себе на остров. Вы никак собрались отправится к нему просто вплавь?

Мысленно мне осталось только хмыкнуть. Только что мы были на ты, но теперь эльф перешёл на вы. У них так с безумцами принято говорить? Типа безумству храбрых поём мы песню и проявляем уважение? Всё таки маловато мне известно о их культуре. Люди так далеко от эльфийских лесов знают не слишком много, даже маги, да и сами ушастые народ несколько закрытый. Мои же длинноухие жёны были проданы в рабство слишком маленькими, чтобы нормально помнить родину.

— В целом да, хотя судя по вашим словам моё предприятие будет несколько сложнее, чем я ожидал. Не могли бы вы развеять моё любопытство ещё по одному вопросу?

— Если это будет в моих силах — слегка приподнял эльф уголки губ, обозначая улыбку.

— Насколько я знаю, ваш народ живёт много юго-восточнее, потому мне удивительно было встретить вас здесь. Как вас занесло в этот край?

— Всему виной не слишком приятные обстоятельства — улыбка пропала с лица мага — Мы были в путешествии, когда дом Серебряного Волка оказался в немилости на нашей родине. В общем возвращаться нам ближайшие пару столетий не стоит.

— Сочувствую, родины лишаться тяжело — кивнул я — Хорошо хоть вам срок долгий и вы её снова сможете увидеть.

— Лелеем надежду — кивнул эльф в ответ.

— Можно ли у вас купить припасов за золото и серебро?

— В принципе да — пожал собеседник плечами — Тратить нам его пока что не куда, но это пока.

На том мы и порешили. Сдаётся мне эльф конечно навешал мне на уши лапши. Сомнительно чтоб представители его народа забрались в эту глушь именно из-за озвученных обстоятельств. Скорее уж они сюда всё таки сбежали и сидят тихо, как мыши под веником. А потому следует быть настороже и всё купленное аккуратно проверить на предмет ядов. Не факт конечно, что они решат травануть гостя, который и так похоже собрался самоубиться о дракона. Но постоянная бдительность — это наше всё.

Кто знает всё таки что у ушастых на уме. Если дома есть те, кто желает им смерти, то я бы на их месте старался минимизировать информацию о том, что их община здесь живёт. В принципе они вероятно так и делают. Соседи магнотавры-то наверно в курсе, как без этого, но они не считаются цивилизованным народом, торговлю с ними никто не ведёт, а следовательно и разболтать они никому ничего особо не могут. Ну а может не всё так плохо и у эльфов так принято. Впал дом в немилость и появились изгнанники, эти вот за полярным кругом сидят, а какие-нибудь другие на каком южном острове тусят на границе с нагами, перебиваясь с бананов на обезьянятину. Но в любом случае мой сон будет чутко сторожить Михалыч, который остался у входа, а сам я буду дремать в пол глаза. А то прирежет ещё какой-нибудь ассасин изящным эльфийским кинжалом. В идеале бы вообще свалить отсюда прямо сейчас, но я уже согласился быть гостем, а потому этот вариант с вероятностью в процентов так девяносто девять оскорбит хозяев. А за оскорбления в этом мире принято спрашивать очень сурово.