Книга И грянет буря, страница 120 – Тимофей Иванов

— Как себя чувствуешь? — спросил я у Лексатронам, которая задумчиво рассматривала свою пятипалую когтистую руку с шипом на локте.

— На удивление комфортно — задумчиво ответила она, переступив с ноги на ногу для проверки равновесия — Хотя странно. Я как отъевшийся до гигантских размеров наг-воин с нижними лапами.

— Как бы там ни было, такова твоя внутренняя суть. Возможно теперь ты даже научишься становиться такой в яви — хмыкнул я — Не забыла зачем мы здесь?

— Такое забудешь — буркнула Лексатронам.

— Ну и славно. Дай мне руку.

Чешуйчатая девушка подчинилась и вложила свою ладонь в мою. Гектор занял привычное место в моей душе и я сам приобрёл хищные черты, а не только золотисто-огненные жгуты крыльев. А потом мы шагнули в сторону вотчины Изначального.

Авалий мне говорил, среди магов бытует мнение, что наш мир срединный. А кроме него есть так называемые нижние миры, где обитают демоны и соответственно вершние, где живут небожители. Мой опыт говорил о другом. В нави нет привычных в тварном мире направлений, они в моём восприятии скорее были привычкой разума и не более того. Нет там и верха с низом. Но вот глубина пожалуй имеется. И как известно чем дальше в лес, тем толще партизаны. Как не трудно догадаться вотчина Изначального была довольно глубоко, а кроме него рядом обитало не мало крупных рыб. Ну, насколько понятие «рядом» вообще применимо для нави. Собственно в этом была основная трудность с первым попаданием к Отцу всех стай, не зная дороги, она же конечный пункт назначения, её очень вредно для здоровья пытаться проложить на ощупь. Самого могут так пощупать, что уже никуда не пойдёшь. Причём не особо важно светлые ли или тёмные, могущественные сущности незваных гостей почему-то не любят.

Однако я четко помнил образ красно-ржавой равнины и её хозяина, к которому делал долгий шаг, а потому был спокоен. И чертовски сильно удивился попытке напасть на нас с ученицей в пути. Первым неладное почувствовал звериным чутьём на опасность Гектор, к его предостережениям я настолько привык прислушиваться, что реакция стала рефлексом. А потому удар злого духа был встречен мной ударом огненных крыльев, чье жгуты пронзили пространство, как иглы. И встретили крепкую броню, когти и клыки.

Вид моего противника был необычен, я привык к спрутам и чернильным кляксам злых духов, которых встречал раньше, а вот настоящее аморфное переплетение чешуи, пастей и конечностей с острыми наростами встретилось мне впервые. Но одно про злых духов я знал чётко. Бой с ними это всегда схватка не только мастерства, но воли и эмоций. У кого она твёрже и кто горит жаждой победы сильнее, тот обычно и побеждает. И у врага с этим всё похоже было очень неплохо, потому что меня с ученицей он стал сдвигать, накалываясь на острия жгутов, которые вязли в его плоти.

— Не дай себя схватить — крикнул я Лексатронам, которая была несколько ошеломлена нападением. Последнее было паршивым, для боя шаману нужен правильный настрой, а не растерянность ученика, впервые оказавшегося в нави.

Но всё же девушка кивнула, отпуская мою руку и давая мне возможность спокойно маневрировать, а сама отступила назад-вверх и отправила в тёмного духа огненный плевок. Противник взревел от боли и усилил напор, пытаясь передавить меня и ему это почти удалось, мои крылья выгнулись дугами, а к лицу потянулась трёхпалая конечность, покрытая острыми лезвиями наростов. И наткнулась на удар Гронда, который её сломал.