Книга Альфа. Карантин, страница 77 – Алексей Губарев

Двоих снял, когда между нами оставалось чуть больше пятидесяти метров. Ещё одного положил следом, а четвертого зацепил в плечо — ему сгустком энергии оторвало руку и крутануло на месте. Противник покатился кубарем. Но двое все же успели добежать, и почти одновременно взмыли в воздух. И в этот же миг мою голову вновь сдавило, словно тисками. В голове мелькнула мысль — всё, это конец!

В самый последний момент, когда я уже ничего не видел, кроме стремительно приближающихся когтистых лап, в мозгу словно что-то щёлкнуло. Дар предтеч! «Линза искажения»!

Тварь словно налетела на каменную стену, расположенную на расстоянии вытянутой руки от меня. Только что мне грозила смерть, а вот уже перед моим лицом сминается чужая плоть, трещат ломаемые о незримую преграду кости, рвутся мышцы. И всё это словно в замедленной съёмке.

Пока одна часть моего сознания радовалась внезапному спасению, вторая, к счастью, продолжала действовать. Два выстрела в упор, чтобы переломанный о «линзу» зараженный точно сдох, и тут же перевести стволы на задний борт.

Последняя тварь, не сумевшая верно рассчитать прыжок, уже почти забралась в кузов внедорожника. И тут же словила голубой заряд в грудь, а затем ещё один, и ещё.

Сильнейший удар заставил транспорт покачнуться. Это раненый урод добрался до машины, и не придумал ничего лучше, чем атаковать заднюю дверь. Перегнувшись через сидушку кроссбайка, я расстрелял последнего из первой группы заражённых. Затем перевёл все своё внимание на стремительно приближающуюся вторую группу. Бездна, совсем близко.

Склонившись на миг к заднему стеклу, окинул взглядом салон внедорожника. Вроде все целое, окна не разбиты. Вот только Лада так и лежит, наполовину соскользнув с пассажирского сиденья. Надеюсь, это не на долго. Потому что я не хочу, что бы с девушкой случилось что-то плохое.

В этот раз я начал стрелять в заражённых гораздо раньше, когда до машины оставалось больше двухсот метров. Конечно же первые сгустки энергии прошли мимо цели. Но где-то на третьем залпе я смог свалить первую тварь, а затем ещё двух.

Оставшиеся противники не стали прыгать на кабину сразу, а разошлись в стороны. Я тут же сместился вправо, и первым же выстрелом прикончил хитрого зараженного, после чего развернулся к левому борту, и разрядил оба бластера в последнюю тварь, которая хотела запрыгнуть в кузов, но сильно не рассчитала траекторию. А вот мне повезло, и на землю существо рухнуло уже мертвым.

Покидать кузов не хотелось. Он давал пусть и иллюзорное, но всё же чувство безопасности. Однако я заставил себя завершить начатое. Вернув бластеры в кобуры, вновь вооружился ружьём. Сначала расстрелял всех тварей, что лежали возле внедорожника, затем спрыгнул на землю, и обошёл тех, что убил на расстоянии. И лишь когда полностью убедился, что ни один одержимый уже не встанет, направился к машине. В этот момент над головой что-то прошелестело, и я, вскинув оружие, лишь в последний миг остановил палец, жмущий на спуск. Бездна, чуть не сбил собственный дрон. Стоп! Лада!

В несколько шагов очутившись у машины, я через секунду уже находился в кабине, и склонился над девушкой. Снял с ее лица сползшие очки-визоры, и осторожно похлопал подругу по щеке.

— Лада, очнись! Слышишь? Эй! Ты в порядке? Очнись, говорю!