Книга Принцесса по приказу, страница 117 – Екатерина Каблукова

Мы проехали вдоль побережья и въехали в ворота квартала, ведущего к пристани. Я устала от постоянного гула, приветственных криков, дорожной пыли, поэтому сознание концентрировалось лишь на каких-то фрагментах: серо-зеленые дома с терракотовой черепицей, цветы на окнах, кружевные занавески, зеленые ставни распахнуты.

И везде – на улицах, в переулках, в окнах домов – были люди. При виде кортежа они радостно махали руками и выкрикивали напутствия. Наверное, настоящая Карисса была бы рада. Но не я.

Карета остановилась, мои сопровождающие спешились. Козимо остался возле кареты, а Рой вновь протянул мне руку и, почти не касаясь моих пальцев, подвел к причалу из темных досок, около которого были пришвартованы несколько лодок, здесь они назывались барками. С высокими носами, обитыми тонким голубым металлом, то и дело вспыхивающим яркими искрами на солнце, барки очень напоминали гондолы, которые я видела на фотографиях: такие же плавные линии и высокие носы.

На причале стояли люди. Оглушенная и уставшая, я не сразу сообразила, что передо мной в окружении представителей знатнейших людей Лагомбардии стоит д’орез великой республики, первый среди равных – мэссэр Лоренцио Гаудани.

Я вспомнила портрет, который когда-то давно показывал мне Рой. Действительно, изображение соответствовало оригиналу. Художнику лишь не удалось запечатлеть то восхищенное выражение на лице, свойственное лишь простодушным, глубоко влюбленным людям, которое сейчас у него было.

— Рисса! – Он нетерпеливо шагнул вперед.

Стоявшая неподалеку вдовствующая графиня Алайстер недовольно нахмурилась. Гаудани протянул обе руки, намереваясь на глазах у всех заключить меня в объятия.

— Лоренцио! – я криво улыбнулась и тоже сделала шаг, изображая радость от встречи.

Он с чувством сжал меня в объятиях, коснулся губами моих губ. Толпа взорвалась криками. Кажется, кто-то свалился с пристани в воду. Его поспешили выловить.

Поцелуй был вполне приятным, как и у Макса, но я сравнивала их с другими. Обжигающе-страстными, от которых кружится голова и перехватывает дыхание.

Поэтому торопливо постаралась завершить этот, изображая смущение, положенное юной девице. Получилось вполне приемлемо, тем более я содрогалась от одной мысли, что д’орез все-таки обнаружит подмену. Но он не понял. Скорее всего, он просто даже не задумывался, что такое возможно.

Гаудани нехотя отстранился, все еще держа меня в объятиях.

— Ну что ты, теперь можно, – прошептал он.

Краем глаза я заметила, что Рой крепко стиснул зубы, а Козимо стоит как бы невзначай между нами и графом. Несколько секунд Рой молчал, потом тихо, но веско спросил:

— Может быть, мы все-таки вернемся к протоколу?

Гаудани поморщился, затем весело рассмеялся:

— Создатель! Делрой, ты такой зануда! Милая, как же ты мучилась, пока ехала с ним.

— О да, ужасно, – пробормотала я, так некстати вспомнив Междумирье. Судя по мелькнувшей на губах улыбке графини Алайстер, она подумала о том же самом, что и я.

— Ну теперь-то все позади! Ты здесь, рядом со мной, и я тебя никому не отдам! – торжественно провозгласил д’орез. – Народ Лагомбардии, поприветствуйте мою невесту и в скором времени – жену!

Лепестки роз, которыми нас осыпали с крыш близлежащих домов, были разноцветными. Я посмотрела на мать Роя, она весело подмигнула мне и едва заметно развела руками.