Книга Невеста по случаю, страница 112 – Екатерина Каблукова

— Вот это да, – выдохнула она, – Лизка, да просто какой-то сериал, ей-богу!

— Ага, только ты в главной роли, и дублей нет, – вздохнула я.

Подруга хотела еще что-то добавить, но ей помешал Козимо. Сделав нам знак замолчать, он подошел к двери, прислушался и хищно улыбнулся:

— А вот и первые гости…

Принц мгновенно скользнул к стене и замер. Пастырь Антонио погасил гль'ойн. Послышались шаги, затем скрип двери. Темная фигура появилась в дверном проеме, мужчина вошел в комнату, сделал несколько шагов. Спрятавшись за портьерой, я не успела заметить, когда Козимо прыгнул на него.

К моему глубочайшему удивлению, принц не стал сворачивать ему шею, лишь как-то по-особому схватил, повозился несколько секунд и бережно опустил обмякшее тело на пол. Все было сделано почти беззвучно.

— Вы что наделали? – Саша подскочила к лежащему на полу мужчине, пощупала пульс и облегченно выдохнула: – Живой.

— Разумеется, он живой, – холодно заметил Козимо, потирая запястье, – или вы полагали, я буду марать об него руки?

Саша уже не слушала его, намереваясь привести мужчину в чувство.

— Не вздумайте этого делать! – Принц схватил ее за руку и буквально оттащил от безжизненного тела. – Боно, раздень и свяжи его! Ты займешь его место!

— Да, мэссэр! – Художник с должной сноровкой – сказывался опыт – раздел пленника и крепко связал его, примотав к стулу. В рот он запихал сомнительной чистоты тряпку.

— Да что вы творите! Он же задохнется! – возмущалась моя подруга. – Лиза, ты чего стоишь?!

— Саша, Козимо прав, – я снова вспомнила слова Роя. – Этот мир лишен так называемого гуманизма. Приведи ты его в чувство, мы все окажемся в застенках местной инквизиции.

— С чего ты взяла?

— Он угрожал мне этим в саду.

Подруга обомлела и впервые в жизни не нашла что ответить. Козимо рассматривал пленника, взгляд не предвещал ничего хорошего.

— Я вот думаю, – сказал он, обращаясь к Боно, – будет ли это жестоко оставить этого человека в живых до тех пор, пока здесь не появится мой драгоценный кузен?

— Думаю, мэссэр, гуманнее было бы умертвить его сейчас, – отозвался художник, скидывая дублет и начиная снимать штаны. Принц с возмущением посмотрел на него:

— Мой друг, напомню тебе, что здесь женщины!

— Мэссэр, простите, но у нас мало времени, к тому же мадонна Лиза уже имела счастье неоднократно лицезреть меня в спальне! – Боно весело подмигнул мне. Три пары глаз с явным неодобрением посмотрели на меня.

— Да, вы еще про Гаудани забыли, я еще и с ним в спальне была! – вспылила я. – И даже в одной кровати!

Антонио закашлялся, а Саша охнула, даже Боно – и тот смутился, Козимо рассмеялся:

— Что ж, похоже, посещать спальни мужчин входит у вас в привычку…

— Вы находите это смешным, принц? – В голосе Антонио слышалось явное осуждение.

— Разумеется, пастырь, если вспомнить все обстоятельства… правда, потом нам всем было не до смеха… – Он вновь стал серьезным. – Боно, поторопись! Нам пора! Мадонны, простите…

Изящно поклонившись, принц подхватил своего учителя под руку и шагнул вместе с ним в потайной ход. Боно, на ходу застегивая черный дублет, который был узок в плечах, вышел в коридор, изображая стражника, он должен был занять пост у дверей.

Мы остались одни. Пленник все еще не пришел в себя, а Джерардо спал. Точно, снотворное. Я прошлась по комнате, делая вид, что не замечаю пристального взгляда подруги, затем вновь села на подоконник, поймав себя на мысли, что то и дело прислушиваюсь к тишине потайного хода.