Книга Невеста по случаю, страница 10 – Екатерина Каблукова

Так ничего и не решив, я, трясясь от холода, вошла в здание на Литейном, махнула охране пропуском, поднялась к себе в кабинет. Увидев меня, Таня всплеснула руками:

— Лиза, ты куда пропала?! Соколов вызывает! Сказал, что срочно! Любочка раз пять заглядывала.

Я ругнулась, порылась в сумке. Заледеневшие пальцы гнулись с трудом, нащупала телефон, вытащила. Так и есть: на вибровызове! И десять пропущенных звонков.

Скинула куртку, отряхнулась, будто собака. Одежда была мокрой, но запасных рубашек не было. Пришлось приличия ради накинуть мундир. Быстро переобулась в туфли, оставшиеся в шкафу с зимы, ощутила вкус к жизни. В конце концов, пострадать можно и позже. Бегом направилась по знакомому коридору, профессионально огибая тех, кто попадался на пути. Перед знакомой дверью отдышалась, одернула мундир и решительно вошла.

Любочка сидела в приемной и ожесточенно печатала что-то. Пальцы так и стучали по клавишам.

— Лиза, ну где ты бродишь? – возмутилась она. – Я уже бегать туда-сюда устала!

— Извини, у врача была, а телефон на вибро. – Я направилась к дверям. – Один?

— Нет. Мужик там какой-то. Странный. Нерусский, похоже. Уже полчаса, как не выходит. Тебя ждут, – она взглянула на меня. – Лиза, ты чего так побледнела?

— Ничего, – прокашлялась я, нерешительно берясь за дверную ручку. Неужели он все-таки пришел?

Пальцы все еще дрожали, и ручка поддалась не сразу. Досчитав до пяти, я переступила порог. Высокий темноволосый мужчина стоял у окна и с видимым интересом рассматривал улицу. При звуке открывающейся двери он обернулся. Искренняя улыбка тронула чувственные губы.

— Мэссэр Гаудани! – воскликнула я, чувствуя одновременно радость и разочарование. – Вы?!

— Мадонна, – он галантно поклонился, – рад видеть вас в добром здравии!

— Голованова, ты когда научишься телефон брать? – Павел Андреевич сидел за столом, недовольно поглядывая на меня, початая бутылка коньяка, два бокала и шоколадка свидетельствовали о том, что гостю был оказан достойный прием. – Ты чего мокрая?

— Дождь на улице.

— А что ты вообще на улице делала в рабочее время?

— Я к врачу ходила, я ж отпрашивалась! – начала оправдываться я.

— А машины у тебя нет?

— Сегодня нет. И вообще, там три минуты ехать, полчаса парковаться.

— Ладно, что врач сказал? Больничный дал? – в голосе полковника послышалась надежда.

— Нет, сказал: рано или поздно все само пройдет, – отмахнулась я, трусливо избегая объяснений с начальством, и вновь повернулась к д'орезу великой Лагомбардийской республики. – Но… Лоренцио, какими судьбами? Что вы здесь делаете?

— Пришел умолять вас о помощи, – он широко улыбнулся.

Возможно, его улыбка и произвела бы на меня впечатление. Если бы я не помнила, что именно так он улыбался, когда влез ко мне в спальню, полагая, что я – его невеста. Я прикусила губу, подавляя истеричный смешок, и посмотрела на Павла Андреевича:

— Что на этот раз?

Полковник нахмурился и мотнул головой в сторону гостя, словно говоря: «Пусть сам рассказывает».

— Видите ли, – Гаудани слегка замялся, – дело в том, что Карисса…

— Только не говорите мне, что она опять пропала! – фыркнула я. – В этом случае рекомендую поискать у вдовствующей графини Алайстер! Говорят, у нее прекрасный дом!

— Нет, что вы! Карисса во дворце, но она… и я… – д'орез Великой республики выдохнул и продолжил более деловым тоном: – В Лаччио собираются выбрать нового Истинного Пастыря.