Онлайн книга «Последний русский»
|
Набрав полные лёгкие воздуха, я мысленно перекрестился, попросил прощения у Кайры за те слова, что собирался произнести, и выдал, что называется, на полную катушку. Даже и не подозревал, что столько матерных слов знаю на великом и могучем. Выговорившись, я замер. Прошло несколько секунд, и всё это время я ждал, что вот-вот рванёт заложенная в контейнер капсула с антивеществом. Однако вместо взрыва вдруг раздалось на русском языке с металлическими нотками: — Вы идентифицированы как носитель русского языка. Для разблокировки защиты продолжите фразу. У вас будет 10 секунд, после чего сработает система самоуничтожения. Внимание! Продолжите фразу «Где же моя черноглазая, где…». 10, 9, 8… Я на миг замешкался, но, опомнившись, на автомате выдал: — В Вологде-где-где-где, в Вологде-где, в доме, где резной палисад. Ну да, какой же русский не знает слов этой песни. Тем более что перед, так сказать, вторым пришествием аграфов на Землю стали особенно популярны песни советских лет. Но всё же земляки – шутники. А если бы не вспомнил? Однако обратный отсчёт прекратился. Раздался щелчок, от которого я едва не присел, и из контейнера показались два малых дискообразных разведдроида старой конструкции. Они на миг замерли и, чуть слышно жужжа, взмыли в воздух, расходясь в стороны, а между ними было закреплено… Красное Знамя. ТО САМОЕ! ЗНАМЯ ПОБЕДЫ! Красное полотнище с серебряными пятиконечной звездой, серпом и молотом и надписью «150 стр. ордена Кутузова II ст. идрицк. див. 79 С. К. 3 У. А. 1 Б. Ф.»[2]. Я безмолвно смотрел на Священное Знамя, и внутри меня поднималась какая-то неописуемая волна, словно неведомая сила стремилась вырваться наружу и хлынуть, заполняя собой всю Вселенную. Повинуясь внутреннему порыву, я сделал шаг вперёд, преклонил колено и, прикоснувшись к святыне рукой, припал губами к углу красного полотнища. В этот миг у меня в груди словно прорвало плотину, и та сила, что заполнила каждую клеточку тела, как невидимая взрывная волна, ударила во все стороны. Стоящие позади меня кроны синхронно ухнули на одно колено, по традиции преклонив голову и скрестив все четыре руки на груди, настоятель храма вообще стоял на коленях и с благоговением смотрел на чуть заметно колышущееся полотнище. А где-то в пустынной системе, которую в последний раз залётный корабль посещал несколько тысяч лет назад, из подпространства вывалился бесформенный обломок, ещё совсем недавно бывший курьерским кораблём аграфов, везущим в своём чреве в одну отдалённую систему делегацию, задачей которой было не столько провести расследование странной гибели своего посланника, сколько организация убийства строптивой молоденькой баронессы, посмевшей вести самостоятельную политику. Впрочем, как говаривали в Одессе, уже никто никуда не летит. Всё, отлетались. Где-то в самом центре пространства Союза Кланов аграфов. Зал Совета кланов. Ардхонадар, глава Великого Совета, с ужасом смотрел на Великую Сферу Пророчества, или, как её чаще называли, Сферу Правды. Обычно (впрочем, не обычно, а всегда, с древних времён) эту сферу использовали в качестве индикатора правдивости слов, когда кто-либо из аграфов выдвигал серьёзное обвинение в адрес другого аграфа или дело касалось споров кланов между собой. Обе стороны по очереди возлагали на сферу руку и произносили свои обвинения или оправдания. И если сфера начинала едва заметно светиться, то это означало правдивость слов. Эта процедура всегда проходила в кромешной тьме, ибо только так можно было увидеть слабое свечение, возникающее в глубине белого матового шара диаметром чуть больше метра. |