Онлайн книга «Инженер страны Советов»
|
Пришлось стрелять наугад, примерно целясь туда, где должны были бы находиться пилоты. Похоже, попал, потому что самолет заметно повело в сторону. Я бросился к кабине и… не успел. «Юнкерс» сорвался в крутое пике, а меня отбросило на какие-то тюки и коробки. Последнее, что я запомнил, был жуткий скрежет и ствол, по-моему, сосны, проткнувший салон самолета насквозь и пролетевший буквально в считанных сантиметрах рядом со мной. Затем самолет сильно тряхнуло, и я почувствовал, что куда-то лечу. В голове мелькнула мысль, что я, по крайней мере, немцам живой не достанусь. Удар и… темнота. Интерлюдия 20 июня 1941 года. Москва. Кремль. Кабинет Сталина. Хозяин кабинета ходил, мягко ступая по ковру, и курил трубку. Он нервничал, но по нему это не было заметно. Наконец он остановился напротив сидящего за столом человека в пенсне. — Как такое могло случиться, Лаврентий? Почему носитель главного секрета страны ездил практически без охраны? Что, если он сейчас у немцев и дает им информацию о будущем? — Товарищ Сталин! — Берия встал. Он прекрасно научился распознавать момент, когда к Хозяину можно обращаться по партийной кличке Коба, а когда — исключительно официально «товарищ Сталин». — Дорога от Москвы до Стаханово довольно оживленная, и никто не мог и предположить, что на ней может произойти нападение. В городе охрана товарища Шершнева осуществлялась как непосредственно, так и скрытно, особенно учитывая его участие в операции по дезинформации немцев. По агентурным данным, немецкий транспортный самолет Ю-52, вылетевший из Москвы и на котором предположительно вывезли Шершнева, посадку в Варшаве не совершал. От немецкой стороны поступил запрос о местонахождении этого самолета. Есть предположение, что самолет упал в лесистой местности Белоруссии. В местные органы НКВД разослано распоряжение по выяснению его маршрута и возможного места падения. — Молись, Лаврентий, — Сталин ткнул мундштуком трубки в грудь Берии, — хоть богу, хоть черту, хоть всем богам сразу, чтобы Михаил не достался немцам живым. И ищи его. Пока не началась война, отправь спецгруппы на поиски. И после начала боевых действий поиски не прекращать. Хоть живого, хоть мертвого, но найди и привези сюда. А если он все же у немцев, то ты знаешь, что нужно делать. Михаил и сам говорил об этом, так что наша совесть будет чиста, но, надеюсь, до этого не дойдет. — Сделаю все возможное и невозможное, Коба. — Берия поднял глаза на Сталина. — Что его жене сказать? — Сделай, Лаврентий. А супруге Михаила скажи все как есть. Она женщина умная, несмотря на молодость, так что поймет. И скажи, что мы делаем все, чтобы найти его и доставить в Москву. Интерлюдия 20 июня 1941 года. Квартира Шершневых. Когда пять дней назад Михаил вечером не приехал домой, Таня вначале не придала этому значения: муж часто задерживался на работе или вовсе внезапно улетал в командировку на какой-нибудь завод. Однако именно в тот самый вечер он был особенно нужен ей. Она хотела поделиться с ним радостной новостью, что, кажется, у них наконец-то будет ребенок. Все это еще не точно, но все признаки говорят об этом. Ближе к вечеру вдруг сильно заболела голова, а сердце сжалось от непонятной тревоги. Михаил так и не позвонил домой, как обычно делал, уезжая куда-либо, и не предупредил, что его не будет дома. Брат Колька тоже, как назло, недавно съехал с их квартиры и теперь живет в общежитии. Так и металась Таня одна в пустой квартире эти несколько дней. |