Книга Техник-ас, страница 114 – Евгений Панов

Выписали меня из госпиталя в последних числах мая 1942 года. Врачи настаивали на отправке меня в санаторий ВВС для продолжения лечения, но я смог настоять на своём. Правда, клятвенно пообещал, что в ближайшее время буду паинькой и в бой не полезу. Тем более эскадрилья продолжала осваивать новую технику, а именно те самые «аэрокобры», которые я привёз из Англии.

Пока лечился, успел отправить Свете в Ленинград шесть писем и получил в ответ четыре. Я писал, что скучаю по ним, что всё у меня отлично, быстро иду на поправку. Она в ответ тоже старалась меня подбодрить, но я-то прекрасно знал, каково им там, в осаждённом городе. Боже, как же я соскучился.

В штабе ВВС, куда я отправился прямиком из госпиталя, получив соответствующее направление, меня сразу отвели к новому главкому и моему уже старому знакомому генерал-лейтенанту Александру Александровичу Новикову, с которым мы хорошо сработались на Ленинградском фронте и который занял пост главкома ВВС РККА вместо снятого с должности и переведённого на Дальний Восток Жигарева.

— Здравствуй, гвардеец, здравствуй! – Новиков от души пожал мне руку. Было видно, что он рад меня видеть. – Рад, что ты выкарабкался и снова в строю. Твои тебя уже заждались. Кстати, – хитро прищурился он, – а ты, товарищ гвардии майор, почему форму одежды нарушаешь?

— Так вроде в порядке всё, – в полном недоумении осмотрел я себя.

— Ха-ха! – откровенно потешался надо мной главком. – А почему без гвардейского знака? Так что зайди потом в строевой отдел и получи. Указом Президиума Верховного Совета СССР от двадцать первого мая тысяча девятьсот сорок второго года был учреждён нагрудный знак «Гвардия».

— Мои уже получили?

— Хм, это вряд ли: дефицит пока что. Вот ты тогда на всю эскадрилью и получишь, я распоряжусь. Эти куркули штабные точно запаслись, так что с них не убудет. И вот ещё что.

Новиков как-то весь подобрался и, вернувшись к своему столу, достал из ящика две красные коробочки. Я встал по стойке смирно.

— Приказом командующего ВВС Ленинградского фронта за мужество и героизм гвардии майор Копьёв награждается орденом Красной Звезды. Кроме того, за особые заслуги в деле борьбы с немецко-фашистскими захватчиками, за героизм, проявленный при этом, и за сто сбитых вражеских самолётов гвардии майор Копьёв награждается орденом Ленина. Поздравляю.

— Служу Советскому Союзу! Спасибо, товарищ генерал-лейтенант. – Я не мог не задать следующий вопрос: – А Санчес?

— Мигель Гарсиа Санчес представлен ко второй звезде Героя Советского Союза. Посмертно.

Мы на минуту замолчали, почтив память настоящего героя.

Если честно, то была у меня мысля, что меня могут наградить третьей Звездой Героя. Но, немного поворошив память, я вспомнил, что трижды Героев было всего лишь трое: Будённый, получивший третью Звезду в 1968 году, Покрышкин – в 1944-м и Кожедуб – в 1945-м. Так что рано ещё. Нас и так наградами не обделяют. А учитывая особый статус нашей эскадрильи и центральное подчинение, наградные листы проходят всю бюрократию со скоростью курьерского поезда.

— Ну, с наградами закончили, а теперь о делах. – Новиков сел за стол и побарабанил пальцами по его поверхности. – Личным составом вашу эскадрилью пополнили. Вместо Санчеса и Суворова у тебя будут двое новичков. Они пару дней назад прибыли на место и должны уже освоиться. Лётчики обстрелянные, так что проблем с ними быть не должно. – Он поднял ладонь, останавливая мои возражения: – Знаю, о чём спросить хочешь. С Суворовым дела плохи. Медики хотят его списать. У него серьёзное ранение, и перегрузки ему противопоказаны. Его даже инструктором в лётное училище не пристроишь. Жалко парня, но против медицины не попрёшь.