Книга Красный Дракон Империи, страница 194 – Евгений Панов

— А хочешь познакомиться с Настей?

— Конечно, хочу. А как?

— Настя — моя родная сестра, и я хочу, чтобы ты погостила у нас дома некоторое время, если ты не против.

— Ух ты! Я правда увижусь с Настей? — Девочка аж подпрыгнула от восторга.

— Конечно, увидишься. Думаю, что вы с ней подружитесь. Но ты должна пообещать мне, что никому не скажешь о своих необычных способностях.

— Я обещаю. Никому-никому не скажу.

Шаповалова временно разместили в отдельном помещении, а Аню отправили в госпиталь попрощаться с медсёстрами и врачами под присмотром довольно миловидной сержанта госбезопасности, которой поручили заботиться о девочке.

Сам я отправился в комнату ЗАС^[36] и связался по ВЧ-связи^[37] со Сталиным.

Разговор был очень тяжёлым. Сталин ни в какую не хотел отпускать меня в рейд за линию фронта. Убедить его удалось с огромным трудом.

— Товарищ Сталин, есть два решения вопроса. Первый — это дать мне возможность разобраться на месте с этим интернатом и, по возможности, захватить либо уничтожить представителя «Аненербе». И второй — нанести массированный бомбовый удар и сжечь там всё и всех. Вы готовы отдать приказ авиации бомбить наших советских детей? У нас осталось слишком мало времени. Возможно, их специалист по зомбированию уже очухался и сейчас обрабатывает очередную партию детей.

Сталин надолго замолчал. Через некоторое время он сказал глухим голосом:

— Один ты туда не полезешь.

— Я не самоубийца, товарищ Сталин. Подберу здесь людей и сегодня ночью организуем заброску.

— Людей тебе пришлём. Думаю, что к вечеру они будут уже у тебя. Сам не рискуй понапрасну и в самое пекло не лезь. Это приказ, товарищ генерал-полковник. Вернись живым.

— Есть вернуться живым!

Сталин, не прощаясь, положил трубку.

Обещанные люди прибыли, когда начало смеркаться. На поле возле штаба дивизии сели два вертолёта Як-40В и звено из пяти ударных Ми-28. Из яковлевских вертушек высыпали бойцы в камуфляже, и один из них побежал в нашу сторону. Ба, знакомые всё лица. Дядя Вася собственной персоной. Я облапал не успевшего что-либо сказать Маргелова.

— Ну, здравствуй, Василий Филиппович! Рад тебя снова видеть. Не удивляйтесь, полковник, — обернулся я к стоящему рядом командиру дивизии, — мы с товарищем Маргеловым с самой финской не виделись.

Полковник понимающе с улыбкой кивнул.

— Товарищ генерал-полковник, — отрапортовал будущий, надеюсь, командующий ВДВ, — майор Маргелов с батальоном специального назначения прибыл в ваше распоряжение.

Высадка и последующий штурм интерната прошли успешно. С воздуха нас прикрыли помимо звена «Ночных охотников» ещё и полк лёгких штурмовиков Та-3, нанёсший удары по близлежащим немецким частям. Ночные истребители барражировали в высоте на случай появления вражеской авиации.

Всё прошло почти идеально. Детей смогли эвакуировать. К счастью, больше никто из них не подвергался зомбированию. Большим минусом было то, что представителя «Аненербе» в интернате не оказалось: за несколько часов до нашего появления он выехал в Варшаву для дальнейшего восстановления. Видимо, сильно его Анютка приложила.

Нас подловили на возвращении. В последний «летающий вагон» мы битком загрузили оставшихся детей, а сами заняли оборону в ожидании следующего борта. Места в этом для нас уже не было. За нами должен был прилететь транспортный Ми-4. Он и прилетел. Не успели мы отлететь от интерната подальше, как по борту вертолёта защёлкали пули. Откуда-то сверху явственно потянуло гарью. Вертушка резко пошла вниз.