Книга Повелительница Рун, страница 89 – Торстен Финк

— У тебя особенный способ добывать знания, мой друг, – начал Маберик.

Звездочёт продолжал стоять к нему спиной. Казалось, он погружён в свои мысли.

— Близнецы ещё внизу? – спросил он в конце концов.

— Я отправил их на кухню. У них здоровый аппетит, и еда, возможно, на какое-то время отвлечёт их от вопросов. Они возлагают на тебя большие надежды, Хебан.

Мастер Тунгаль пожал плечами:

— Не уверен, что должен им сказать. Они ничего не знают о своей матери, и я… я знаю не больше.

Окна в свинцовой раме дрожали от ветра. Одно из них, видимо, было не плотно закрыто, потому что сквозь него задувал ледяной ветер.

— Но тебе что-то известно, не так ли?

Наконец звездочёт повернулся, подошёл к одному из заваленных письменных столов и поднял книгу. Но затем снова, качая головой, положил её на место.

— Я никогда этого не записывал. Это случилось зимой, семнадцать лет назад. Молодая мать двух близнецов появилась здесь и попросила меня о помощи.

Маберик подошёл к другу и схватил его за руку:

— Она была здесь, у тебя?

Звездочёт кивнул.

— Я сказал ей, когда и приблизительно где появится этот портал в Хорнтале. И дал ей нужные средства, чтобы она смогла его найти.

— Ты дал ей пыль дракона?

— И магическую иглу.

— Прости, что говорю это, мой друг, но такая щедрость тебе не свойственна.

— Да, это точно. Потом я и сам не мог понять, почему так поступил. А когда понял, было уже поздно.

Звездочёт обвёл взглядом многочисленные книги на полках. Вид у него был огорчённый и чуть сердитый.

— Она была ведьмой! Обманула меня своими, ах, такими беспомощными детками и почти наверняка приворожила! А я, дурак, попался на её удочку и дал то, что никогда не должно попадать в руки ей подобным.

— Я это подозревал, но всё же надеялся, что смогу сообщить близнецам что-то получше. Скажи, как её звали? И как она хотела использовать пыль и иглу? Обычно ведьмы не могут даже прикоснуться к таким вещам.

Лицо звездочёта помрачнело.

— Я не могу ответить на твои вопросы. Я не помню ни её внешнего вида, ни её имени, ни причин, которыми она меня убедила. Поэтому я долгое время опасался худшего: думал, что она хотела отыскать портал для повелителя ведьм. Но она исчезла, врата показались и снова скрылись – и ничего не произошло.

— Я помню, что изготовил для тебя тогда несколько особенно сильных рун от обмана.

— Причиной тому была эта ведьма. Ни руны внизу, на подъёмном мосту, ни те, которые ты оставил здесь, не помешали ей войти. Я долго размышлял, что это значит, и нашёл два возможных объяснения. Первое мне нравится существенно больше. Возможно, она была белой колдуньей.

— Такого не бывает, друг мой.

— Когда-то белые волшебники существовали, если помнишь. Так почему же не быть белым колдуньям? Если колдунья отречётся от чёрного колдовства ради магии драконов, защитные руны на неё не подействуют.

Мастер Маберик затряс головой:

— Всем известно, что тот, кто однажды заключил договор с тёмными силами, не может его разорвать.

— Разумеется, – вздохнул звездочёт. – Поэтому я опасаюсь, что подтвердится моё второе предположение: она нашла способ противостоять действию рун. Не мне тебе рассказывать, насколько губительным было бы, если бы ещё больше ведьм узнало об этом.

— Действительно, – пробормотал лар. – Но, кажется, она пока держит это знание при себе. Что ещё ты помнишь о встрече с ней?