Книга Жуткая история. Кот, страница 119 – Ксения Горькая

Цирковая кошечка.

В конце водных процедур пантера, прижав лейку душа лапами, несколько минут набирала воду в рот и выплевывала – видимо, даже в обращенном состоянии привкус мертвечины был не очень. Можно понять. Хёну взял с вешалки большое черное полотенце и выключил воду, когда она закончила.

— Кажется, ты уже совсем не против того, что я остался, да? – он набросил на пантеру полотенце и теперь промакивал мех на боках и спине. Мышцы перекатывались под черной шкурой, отвечая на каждое его движение.

– Не против.

Он потерся бархатным ушком о его ладонь, снова издавая урчащий звук.

Это было так странно. У Хёну не было никаких сомнений в том, что Кай был человеком, но вот это его поведение и то, как они общались сейчас, ощущалось чем-то настолько правильным и естественным, что это сбивало с толку. Прежде всего дело в его истинно кошачьих повадках: если смотреть правде в глаза, он не был человеком, умеющим превращаться в кота, он был котом, умеющим превращаться в человека. И сейчас это становилось абсолютно очевидно. Он нисколько не стыдился своей звериной сути и поведенческих привычек и вел себя, как привык, за что Хёну был очень ему благодарен.

Промокнув и слегка подсушив его шерсть, Хёну по-турецки устроился на одной из подушек, наблюдая, как кошка вылизывает бока.

— Да дай ты мне помочь, в конце концов, – он похлопал по подушке рядом с собой.

Кай медленно подошел к нему, переваливаясь с лапы на лапу, и прилег рядом, положив тяжелую голову на его бедро. Хёну поднял обеими руками его переднюю лапу и принялся залечивать небольшие порезы возле стопы. Подушечки на лапе были мягкими и горячими, а когда он чуть надавливал на них, показывались впечатляющих размеров черные когти – они, казалось, были размером с пальцы Хёну. Не хотел бы он быть противником Кая в бою.

Он передавал энергию понемногу, наблюдая, как постепенно затягиваются порезы и царапины, а полоски кожи скрываются под черным мехом. Когда он начал легкими прикосновениями залечивать раны на боках и спине, пантера снова прикрыла глаза и, казалось, уснула. Только кончик длинного хвоста немного подрагивал. Хотя раны и были несерьезными, видеть его черный мех, рассеченный узкими порезами, все равно было жутко неприятно.

Его шерсть была невероятно приятной на ощупь. И очень теплой. Интересно, будет ли Кай против, если он обнимет его и полежит с ним рядом?

Закончив лечить раны, Хёну осторожно прилег на его спину, запустив пальцы в мех. Из-за высокой температуры тела он уже почти полностью высох. Дыхание Кая было глубоким и размеренным, должно быть, он спал. Несколько минут они лежали так, окутанные уютным теплом. Но стоило Хёну только закрыть глаза, как пантера повернула голову и лизнула его по предплечью широким шершавым языком. Он аж подскочил от неожиданности. По позвоночнику пробежали мурашки от щекочуще-приятного прикосновения кошачьего языка.

Он недоуменно уставился в лукавые глаза напротив:

— Ты… чего… – он прикрыл руку, как будто опасаясь, что тот сделает это снова.

Но вместо этого кот коротко лизнул его в щеку.

— Кай! – Хёну безуспешно попытался отклониться, но только завалился назад, на подушки.

Пантера обернулась, глядя на него и склонив голову набок.

– За сегодня. Спасибо.

Она немного подумала и устроилась рядом, аккуратно положив голову Хёну на грудь.