Книга Жуткая история. Кот, страница 112 – Ксения Горькая

— Так-то оно так. – Кай остановил свой выбор на ненавязчивой попсовой станции. – Только у мятежных отлично работает принцип «враг моего врага – мой друг». Если начинается что-то подобное, одиночки моментально прибиваются к какой-нибудь группе. Они получают защиту, а группа – повод для провокаций законных, то есть нас.

— Ясно. Куда менее организованно, чем я ожидал, – он в открытую любовался профилем Кая на фоне леса за окном. С его стороны от трассы был плотный лес; со стороны Хёну – золотые ухоженные поля.

Кай усмехнулся.

— Пусть у тебя не складывается неверное впечатление – наша группа не обладает абсолютным авторитетом, да и истиной в последней инстанции тоже не является. Время от времени находятся…

В этот момент Хёну мельком обернулся к лобовому стеклу и увидел, как метрах в двадцати от машины на дорогу кто-то выбежал, Кай говорил, поэтому не заметил.

— Осторожно, там человек! – он ткнул пальцем в лобовое стекло.

Раздался визг тормозов, и машина вильнула, выехав на встречную и объехав чокнутого, выскочившего на проезжую часть. Силуэт пронесся мимо, Хёну даже не успел разглядеть его.

— Что за черт? – Кай остановил машину, оставив на дорожном полотне черный тормозной след.

Они обернулись – человек медленно шел к машине.

— Вдруг что-то случилось и нужна помощь? – Хёну отстегнул ремень и собирался открыть дверь, но Кай поймал его руку.

— Погоди, – он напряженно смотрел на силуэт.

Когда силуэт приблизился, стало очевидно, что это девушка. Вся перепачканная, в потрепанных укороченных джинсах и худи, босиком. Штаны ниже колен были в грязи, как будто она долго бежала по лесу. Она зажимала рукой живот, глядя себе под ноги.

— Ей точно нужна помощь.

— Хани, – в голосе Кая появились предостерегающие нотки, и он запер двери.

Девушка обходила машину со стороны Хёну, как будто знала, от кого тут стоит ждать помощи. Она подошла к двери, положила ладони на ручку и начала неистово пытаться попасть в салон. Она дергала ее в каком-то бешеном ритме, на весь салон раздавался звук заблокированного замка. Другой рукой она начала скрести на стыке дверей, пытаясь просунуть пальцы в щель. Хёну прижался носом к окну, посмотрел вниз и только тогда увидел.

От кофты был оторван кусок, а на голой коже живота, рядом с тазовой костью, грязно-багровым пятном проступал след от укуса. Из кожи торчало несколько шипов. Такие же укусы были ниже, на бедрах и икрах, ее джинсы были не просто перепачканы – они были в этой черной дряни в местах, где ткань была прокушена. А потом девушка подняла голову, в нескольких сантиметрах от лица Хёну, и он отпрянул от окна.

Из ее рта и глаз текла черная жидкость вперемешку с кровью, оставляя черные дорожки на когда-то симпатичном молодом лице. Но самым жутким были ее глаза. В агонии и ужасе они умоляюще метались с Хёну и Кая на дверную ручку. Она все еще была жива, но оставалось ей недолго.

— Дай мне помочь ей, я уже делал это! – воскликнул Хёну, глядя на Кая с непониманием.

— Я не выпущу тебя туда, – он смотрел, не мигая, и ни капли не сомневался в том, что говорил.

— Она же умирает! – Хёну почти кричал.

— Она уже мертва. Можешь меня возненавидеть, но из машины ты не выйдешь.

— Кай, пожалуйста…

— Послушай меня, – тот зафиксировал его лицо ладонями и, выделяя каждое слово, проговорил: – Я воскрешаю людей, я чувствую, когда они умирают, а когда – уже мертвы. Ее разум и тело бьются в агонии, но душа – уже погибла. Ты ничем не можешь ей помочь.