Книга Третья дочь графа фон Дигби, страница 86 – Елена Галунец

Уйдя в комнату, написала длинное сообщение с ругательствами, потому что, пока идут суды, мне нельзя быть скомпрометированной, иначе судья может засомневаться в том, что я «белая и пушистая». Но Луи ответил, что это было специально для Мариэллы, чтобы проверить, как она поведёт себя в суде: на чью сторону она встанет. Ох уж эти психологические игры…

Утром, как и договаривались, за мной приехал водитель, и с его помощью я очень быстро сделала всё, что планировала. Закрывшись в комнате, я надела на себя всё тёплое и навешала цепочки, кольца, браслеты и даже колье из сапфиров, затем достала зайчика, и, как бы я ни старалась приладить обратно голову и сымитировать поворот для перехода, у меня ничего не вышло. Я и лапку приклеила, и всевозможные волшебные слова вперемешку с молитвами старым и новым богам произнесла, вспотела, но осталась в своей комнате. Смирившись с тем, что заяц не работает, я принялась раздеваться и расплакалась. Всё! Вот и сказочке конец! Не видать мне любви! Но не это меня больше расстроило, а то, что заварила кашу с опекой и пропала. Нет, я не сомневалась, что Свирид не бросит детей, но, зная о том, что он и так уже познал, что такое смерть не только родителей, но и жены, — опять останется один и снова уйдёт весь в работу… Я винила себя в том, что дала ему надежду на обретение семьи и бесследно исчезла. Измучив себя и зайца, я положила его на кучу одежды и села на пол, обхватив голову двумя руками. Когда эмоции немного утихли, я вспомнила, как Луи рассказывал про их легенды, про ходоков. Может, мне и не нужен заяц? Стоит только сконцентрироваться? От умственных усилий только разболелась голова и заныла спина от долгого сидения на одном месте. Никакой я всё-таки не ходок!

С наступлением вечера я продолжала лежать на полу и смотреть в потолок. Слёз уже не было, как и мыслей. Я устала. Повернувшись в сторону окна, обратила внимание на небольшой столик, который выполнял у меня чисто декоративную функцию, и вспомнила, как нашла его на чердаке… Точно! Чердак! Может, там будет работать заяц? В этот раз я не стала на себя всё напяливать, ограничившись только украшениями, ботинками, тёплыми штанами и курткой, и поднялась наверх. Подойдя на то место, где впервые перенеслась, вынула из платка зайчика и, присоединив к туловищу голову, повернула. Свет из окна и окружающая обстановка дали понять, что получилось, и я, завернув зайчика обратно, спрятала его в карман. Теперь осталось выбраться отсюда незамеченной, а об остальном я подумаю потом.

Выглянув за дверь, я стала прислушиваться и никак не могла понять, есть кто дома или нет. Было тихо. Осторожно наступая на ступени, мне казалось, что я слишком громко иду, и чуть не вскрикнула, увидев испуганное детское лицо, выглядывающее из-под лестницы.

— Ты кто? — почему-то шёпотом спросила девочка.

— Волшебница, — решила я таким образом объяснить своё появление на чердаке.

— Это ты там по ночам ходишь? — ткнула она вверх пальчиком.

— Я, — зачем-то соврала я, а у самой волосы на голове зашевелились.

Что, если вдруг там кто-то ещё, кроме меня, так появляется?

— А папа говорил, что ветер.

— Иногда и ветер, — выдохнула я.

— А куда ты пошла? — спросила девочка, и я порадовалась, что она не напугалась и не закричала.