Книга Третья дочь графа фон Дигби, страница 13 – Елена Галунец

Не сбавляя шага, я стремилась поскорее уйти от «ушей и глаз» моего «любимого» мужа.

— Поговорить не желаешь? — донеслось мне в спину.

— О чём? — спросила я, целенаправленно идя на кухню.

Эта ночная прогулка разбудила во мне зверский аппетит.

— Как хочешь. Только знай, что из этого дома я никуда не уйду.

«Ха! О чём она там себе уже надумала?»

За завтраком я отменила все намеченные дела на пару дней, потому что косметикой не замаскировать то, что сейчас было на моём лице, и требовалось в первую очередь привести в порядок свои нервишки. Сейчас любая мелочь может вывести меня из себя, а я должна быть всегда собранной и здравомыслящей. Проигнорировав чересчур навязчивую Мариэллу, я закрылась у себя в спальне и, приняв душ, занялась своим лицом. Нанесла на кожу «чудо-средство» и снова вспомнила про ночное путешествие. «Надо бы днём туда наведаться», — подумала я, доставая из кармана визитку. — «Но для начала позвоним в справочную и узнаем про адресок».

— Повторите запрос, пожалуйста, — проговорила девушка-оператор гнусавым голосом.

— Переулок Травяной, дом шестнадцать.

— Нет такого.

— Тогда посмотрите, по какому адресу у нас столярная мастерская «Свирид О'Вевей».

— Минуточку… «Сквидвард — царь пяти морей» есть по адресу…

— Нет, не то. Спасибо, — расстроившись, отключила я телефон, а затем набрала указанные на визитке цифры, и ожидаемо мне ответили: «Неправильно набран номер».

— Ерунда какая-то! — воскликнула я.

Облачившись в шёлковую сорочку, я залезла в кровать и блаженно потянулась. Пожалуй, посплю. Чудеса чудесами, а организм без сна полноценно не восстановится.

Проснулась оттого, что кто-то вошёл в комнату. Подтянув повыше одеяло, я уставилась на человека, которого в ближайшее время видеть точно не хотелось.

— Я пришёл извиниться, — вдруг выдал он и, плотно закрыв за собой дверь, направился к кровати.

Пришлось подложить под спину подушку и сесть. Говорить что-либо в ответ я пока не собиралась.

— Вчера я сильно перебрал и не помню, как уезжал отсюда. А сегодня проверил входящие звонки и понял, что Элиза соврала мне, — уставился он на меня в ожидании чего-то, но я слова «прости» или «извини» так и не услышала, поэтому молча продолжала на него смотреть, пытаясь придать лицу равнодушие.

— Будешь тоже молчать или хотя бы скажешь что-нибудь, как всегда, язвительное?

— Почему «тоже»? — сдалась я. — Если ты переживаешь, что я кому-нибудь об этом расскажу, можешь быть спокоен. Мне сейчас не нужно общественное внимание, вызванное скандалом.

— Я запретил Элизе звонить тебе и упоминать тебя в разговоре. Она обиделась и со мной не разговаривает!

— Так ты пришёл не прощения просить, а пожаловаться?

— Я рад, что ты в порядке, — выдохнул он.

— С чего ты взял? — указала я на своё лицо.

Гирсом наклонил голову вперёд и, глядя на меня исподлобья, почему-то шёпотом спросил:

— Чего ты от меня хочешь?

— Ничего. Кажется, мы ещё в позапрошлом году уже всё решили. Зря я, конечно, отказалась подписать договор, но и он бы не уберёг меня от вчерашнего.

— Клянусь, этого больше не повторится. Я тебя и пальцем не трону.

— Хотелось бы верить.

— Я разрешаю тебе завести любовника. Только чтобы никто не узнал. Могу посоветовать парочку надёжных людей.

Я расхохоталась, глядя ему в глаза.