Книга Третья дочь графа фон Дигби, страница 116 – Елена Галунец

— Что за неуместные нежности? — спросила я, задрав голову.

— Спасибо за то, что ты со мной, — прошептал он мне в макушку.

— Как иначе? Пусть я знаю, что я лишь пешка в твоей игре, но за то, что ты избавил меня от Гирсома я всегда буду тебе благодарна.

— Ты думаешь, что я тебя использую?

— Конечно.

— Ошибаешься. Вообще-то это ты сейчас мной пользуешься вдоль и поперёк. Кто прикрывает тебя от родителей?

— Э, нет! Не манипулируй мной. Если бы тебя не было, я, скорее всего, бы уже созналась им и жила в своей старой детской комнате или осталась в Кемпеле.

— Тогда вывод один: ты до сих пор со мной, потому что я тебе нравлюсь?

— Очень нравишься, но как друг.

— Не бывает дружбы между женщиной и мужчиной.

— То есть если нет секса, то и поговорить не о чём? — усмехнулась я.

— Поговорить мужчина может и с другим мужчиной, а женщина нужна для любви.

— Ты меня сейчас уговариваешь или что?

— Я хочу, чтобы ты любила только МЕНЯ, а не какого-то выдуманного столяра.

— Если я скажу, что люблю тебя, ты меня отпустишь, и мы пойдём наконец-то ужинать? — решила поддаться ему, чтобы не обсуждать мои отношения со Свидом.

— Мало слов, хочу, чтобы сама поцеловала для начала.

— Луи, я не могу. Ты сейчас ставишь меня в такое положение, что я начну загоняться о том, что не могу ответить тебе взаимностью, и буду винить себя за это. Ты и так знаешь, что я и без посторонних могу загнать себя в…

— Тшш… помолчи, — прижал он мою голову к своей груди. — Я всё понимаю, не продолжай.

— Мне придётся теперь смывать макияж, — проговорила я, размазывая помаду по его коже.

— Иди смывай. Ночевать всё равно будешь здесь.

— Не буду, — буркнула я, но всё же пошла в ванную, как только меня отпустили.

Маттео терпеливо ждал нас, сидя на диване. И когда я проходила мимо, он задумчиво оглядел мои голые ноги. Захотелось натянуть пониже футболку, но сдержалась. Он видел меня в купальнике и даже трогал, когда мы бесились в воде, так что к чему эти стеснения?

Когда я вышла, застала парней возле стола, и они о чём-то говорили на своём. Маттео, заметив меня, жестом указал, на какой мне стул садиться, и, пока я шла, он взял со стола салфетку и вытер с груди Луи след от моей помады.

— Может, футболочку наденешь? У тебя, конечно, шикарное тело, но не надо меня им соблазнять, — усмехнулась я, пододвигая к себе тарелку.

— Хочешь моё посмотреть? — выпятил грудь Маттео.

— Я же видела на пляже, или подкачался?

Парень стал напрягать руки, показывая бицепсы, и, пожалуй, да, подкачался. Я потянулась и потрогала то, что предлагали.

— Тц, меня бы хоть раз потрогала, — возмутился Луи и всё же ушёл в спальню за одеждой.

Вообще-то он меня и в одних домашних штанах не напрягал, но пусть не хвастаются передо мной своими кубиками, тем более у Свида ничуть не хуже. Телосложение у него коренастое и не такое жилистое, как у маранольцев, но только от него у меня появляются бабочки в животе. Подумав о моём любимом, сразу захотелось к нему под бок, но мне нужно будет ещё побыть тут пару дней. За ужином Луи в кои-то веки разрешил мне вина. Причём не ограничивал и не заменял на сок. Пока у меня не начался заплетаться язык от маранольских слов, которые меня заставлял выучить Маттео, я не осознавала, что явно переборщила с алкоголем, и, замолчав на полуслове, посмотрела на довольного Луи. Споить меня решил? Такой подставы я не ожидала, но сама виновата… Расслабилась.