Книга Клон. Запоздавшее счастье, страница 87 – Габриэлла Лопез

Начались маленькие романчики и небольшие увлечения. Девушки нередко нагло вваливались в гостиницы, где останавливались музыканты, - бесцеремонно ломились прямо в номера и нередко туда пробивались, несмотря на стойкое сопротивление работников отелей.

— Никого не пускать! — грозно бросал всякий раз на ходу Сесеу.

Но при этом он втайне мечтал, чтобы эти полубезумные девицы вновь высадили дверь или заколотили в нее изо всех сил ногами, как произошло неделю назад в другом штате. И все действительно почти с точностью повторялось, музыканты ликовали и хохотали от восторга и целовали млеющие от восхищения размалеванные девичьи щечки.

Сам Сесеу, конечно, никаких вольностей в поездке себе не позволял. Он оставался по-прежнему верен своей Ранни, часто вспоминал ее и малыша, к которому успел искренне, по-настоящему привязаться.

Зато музыканты его группы, ошалев от счастья и торжества, пустились во все тяжкие.

Однажды вечером уставший Сесеу, давший подряд два интервью на телевидении, вошел в свой номер (ему по молчаливому согласию музыкантов выделяли отдельный) и, ошарашенный, застыл на пороге. На его кровати лежал один из его музыкантов, бас-гитарист, с девицей, совершенно голые, в полном блаженстве, остывающие от недавних любовных утех.

— Ты совсем обалдел?! Что ты себе позволяешь?! — крикнул возмущенный Сесеу. — Еще бы двоих сюда привел! В конце концов, это мой номер! И я имею законное право на отдых!

— Да ладно, не психуй! — безмятежно отозвался гитарист, нежно поглаживая грудь партнерши.

Та едва ли не мурлыкала от удовольствия и сияла, не обращая ни малейшего внимания на Сесеу.

— Мы сейчас уйдем! И ты сможешь отдохнуть в одиночестве. Но должен тебе заметить, — гитарист хитро прищурился, — что отдых в одиночку—не отдых! Давай позовем тебе подружку моей крали!

Девица развязно хохотнула и нагло выставила на обозрение Сесеу свою соблазнительную грудь.

— Вон! — заорал взбешенный Сесеу. — Немедленно убирайтесь! Ошалели! И пришлите мне немедленно горничную сменить постельное белье!

— Смотри, какой брезгливый! — притворно удивился гитарист. — Ладно, пришлем. Вставай, куколка! Пора! Пойдем дальше заниматься любовью в другую комнату!

Они демонстративно взасос поцеловались, искоса, с любопытством, наблюдая за реакцией Сесеу. Им страшно нравилось его дразнить и злить, это их по-настоящему забавляло.

— Вы слышали, что я сказал?! — прорычал Сесеу и неторопливо взял в руки стоящую на тумбочке большую банку с пивом, выразительно ею поигрывая,

Это возымело мгновенное действие. Парочка стремительно поднялась, кое-как впопыхах оделась и, посмеиваясь, покинула номер Сесеу. Он, продолжая по инерции изливать свой бессмысленный гнев в пустоту, рухнул в кресло.

Через две минуты явилась бесшумная горничная, сменила белье, попросила автограф и исчезла.

— Какие-то свиньи, скоты, сволочи! — ругался Сесеу, жалуясь вслух себе самому. — Ничего святого! Одна похоть на уме! А еще толкуем о высоком искусстве и твердим о роли музыки в жизни общества! Общество!.. Смешно! Музыка!.. Еще смешнее...

Он замолчал, тяжко задумавшись.

Ну, что поделаешь с этими парнями, у которых кровь так и кипит в жилах? Что скажешь им, когда вокруг одни соблазны в виде полуголых девок, готовых в любую минуту отдаться своим кумирам? Что противопоставить этому? Что предпринять?