Книга Клон. Запоздавшее счастье, страница 54 – Габриэлла Лопез

Кадижа опустила голову, нервно теребя край юбки.

— Я думала, дядя Али найдет мне мужа — и все будет отлично. Радовалась золотым украшениям, которые дарил мне отец. Я готовилась совсем к другой жизни. Но все получилось иначе. А Дуда... Да, я ему нравлюсь. Но ему не нравится мое ничегонеделание. Мои золотые украшения. То, что у меня нет никаких стремлений и желаний. Он говорит, что каждый человек, мужчина или женщина, христианин или мусульманин, должен видеть перед собой цель, должен к чему-то стремиться, чего-то добиваться, иначе он не человек.

Жади задумалась. Да, нелегкую головоломку приготовила ей дочь. А точнее сама жизнь.

— В общем, Дуда прав, — помолчав, заговорила она. — Разве ты не знаешь, чем хочешь заниматься? И, кстати, о чем же вы договорились с Иветти — ты говоришь, что все с ней обсудили?

— Тетя сказала, что раз мне нравятся красивые наряды и украшения, я могу попробовать себя в качестве модельера. Это интересная профессия и очень подходит женщине. Еще можно стать дизайнером. Но всему этому надо учиться, а мне не очень хочется. И потом для этого еще надо уметь хотя бы немного рисовать, а я не умею.

— Но это все тебе подсказала Иветти. А что ты хочешь сама? — пыталась вытянуть ответ у дочери Жади.

Она настаивала на твердом и точном ответе и начинала раздражаться, сильно нервничать, стремительно теряя спокойствие. Дочь, очевидно, собиралась сидеть на шее у мужа всю жизнь. Это нормально для Марокко, и мужчины, похожие на Лукаса и Леонидаса, с этим согласны. Но Дуда явно не такой. И дочка, безусловно, его любит. Что же делать? Прямо замкнутый круг!

Кадижа казалась растерянной и печальной. Она не знала, чего хочет. Да нет, в общем-то, конечно, знала, но ее желания абсолютно не совпадали с желаниями Дуды.

— Я поговорю с Мел, — сказала Жади. — Она скоро станет педагогом. Может, что-нибудь подскажет, поможет. И муж у нее архитектор. Это ведь так интересно, по-моему, — проектировать дома для людей.

По тоскливому взгляду дочери Жади поняла, что той это тоже совершенно не интересно.

«Надо посоветоваться с Лукасом», — подумала Жади.

Ее безоблачное счастье потускнело и померкло, словно его заслонила на время большая мрачная туча.

Албиери в очередной раз позвонил Деузе, и по его взволнованному голосу она тотчас догадалась: что-то произошло. Она приготовилась к самому худшему, напряглась, тщетно ломая голову над тем, что еще могло случиться.

— Как там Лео? Ему не стало лучше? — привычно поинтересовался профессор.

— Все так же, — отозвалась Деуза. — Лежит и пьет таблетки, выписанные ему врачом. С ним ничего не в силах сделать никакая медицина.

Ученый помолчал. Потом решился продолжать:

— Я узнал от Эдны потрясающую новость... Напрасно вы от меня ее скрывали. У Лео, оказывается, есть сын!

«Ах вот в чем дело! — подумала Деуза. — Ну да, сын... Что тут такого? Это не преступление».

— Ваш внук, — сказала она, постаравшись взять себя в руки и мгновенно придя в себя. — Но мы ничего не скрывали. Просто не успели сообщить. Тут было столько разных событий... И сам Лео пропадал довольно долго.

— Он пропадает всю жизнь, — проворчал Аугусто. — Просто мания какая-то! Бродяга от рождения. Ну, ладно... Этот вопрос мы уже не раз обсуждали. А сейчас дело в другом. Я хочу немедленно видеть мальчика.