Книга Клон. Запоздавшее счастье, страница 112 – Габриэлла Лопез

— Ну, в общем-то, на сей раз ты прав, Львено- чек, — нехотя согласилась Иветти, подавляя тяжкий вздох. — Во многом прав. Люди — большие эгоисты. И все мы не исключение. Увы! Но мне действительно сейчас очень жаль Шанди. Прямо нет сил на него смотреть. Не знаю, чем помочь...

— Вот-вот! — проворчал Леонид ас. — Никто из нас ничего не знает! В этом вся беда. А как там Мел?

Иветти вновь тяжело вздохнула.

— Ну как... Неважно. Тоже еле-еле отходит от шока. А малыша пытаются выходить. У врачей еще не исчезла последняя надежда. Они спасали и не таких недоношенных. Я каждый день хожу к ним в клинику.

— Что задом! — пробурчал Леонидас. — Я всегда говорил, что над нашим домом тяготеет рок.

— Но мы его обязательно одолеем, Львеночек! — уверенно заявила Иветти. Она по-прежнему не теряла своего оптимизма. — Неужели мы сдадимся и спасуем перед каким-то там роком? Да ну! Мы должны доказать, что сильнее его!

Леонидас скептически хмыкнул.

Несчастья действительно облюбовали дом Феррасов и прямо-таки прилипли к нему.

После смерти Далвы и событий, произошедших с Мел, совсем притихла и словно растворилась в своих комнатах наверху Жади, погрустнел Лукас, замолчали болтливые служанки.

Лукаса терзала мысль, что Майза ушла из жизни так страшно, так тяжко, а они даже не успели или не захотели помириться перед ее гибелью... Жади понимала его настроения и чувства и старалась его не трогать.

Дом притих, примолк, затаился.

Кадижа тоже сидела неслышно, как мышка, в своей комнате, жалея всех сразу: Далву, Лукаса, едва знакомую ей Майзу, мать и, конечно, больше всех Шанди.

Однажды девушка случайно наткнулась на него возле лестницы. Малыш, грустно нахохлившись, сидел на ступеньках, не отрывая глаз от дверей пустой теперь комнаты Далвы. Такой одинокий, сиротливый, несчастный!

Кадижа осторожно подошла к нему.

— Ты что здесь делаешь?

Он поднял на нее не по-детски тоскливые глаза.

— Вспоминаю Далвочку. Она была такая добрая, такая хорошая... — Шанди вытер кулачком глаза. — И ты мне, пожалуйста, не мешай!

Расстроенная Кадижа поплелась к себе.

Что только ни делали старшие, пытаясь привести мальчика в норму, вылечить, помочь ему! Каких только врачей не приглашали! Все было бесполезно. Малыш продолжал плакать и звать няню.

Донна Жура буквально сбилась с ног, тоже потеряла сон и покой, почти переселилась в дом Феррасов, стараясь вытащить малыша из беды, но все было напрасно. Посерел и осунулся Шанди-старший. Он тоже теперь приезжал к Феррасам часто, почти каждый день, но и его визиты никакого положительного результата не приносили.

Как-то в гости к Кадиже заглянул Дуда.

— Давно не показываешься, — заметил он. — Не болеешь?

Кадижа грустно покачала головой.

— Нет... У нас Далва умерла, и теперь малыш не может без нее жить.

— Угу! Все понятно, — пробурчал Дуда. — Так чего же ты сидишь сложа руки?

Кадижа пожала плечами.

— А что я должна делать?

— Как что? Идти к нему!

— Да там, знаешь, сколько каждый день взрослых? И без меня хватает!

— Ты не поняла! — терпеливо взялся объяснять ей Дуда. — Этих всех взрослых малыш давно знает как облупленных. Они и впрямь вряд ли сумеют что-нибудь изменить. Он к ним привык и даже не очень им верит, раз так плохо у них все получается. А ты — человек для него новый, мало знакомый. К тебе у него может появиться просто любопытство. Попробуй стать ему новой няней, заменить ту, старую... У тебя, по-моему, должно выйти.