Книга Предсказание, страница 63 – Villa Orient

Я встала. Мне всегда было странно, когда он смотрел на меня сверху вниз. Платок, который я развязывала в беседке, упал с плеч.

— Тебе не обязательно его носить в доме. Тебе вообще не нужно соблюдать местные обычаи. От солнца можно покрывать голову шляпой или кепкой, но ты ничего такого не попросила. И если я тебе не подскажу, что можно попросить, ты этого не сделаешь. Я не понимаю почему. Не думаю, что ты просто не догадываешься спросить.

— Боюсь получить отказ.

— А ты попробуй.

— Хочу выехать за ворота. В город.

— Хорошо, я устрою тебе экскурсию.

Он согласился легко и быстро, но не позволил мне осмыслить это. Он подошёл ближе, медленно, уверенно. Он провёл руками по моим волосам. Они сильно отрасли и теперь беспорядочно спадали на плечи. Он притянул мою голову ближе, чтобы поцеловать, и его губы захватили мои, нежно лаская. Его руки спустились ниже, и он сжал грудь, а я невольно вскрикнула:

— Больно!

Он резко отпустил меня и теперь смотрел прямо в глаза, а я стояла в оцепенении с широко раскрытыми глазами. Он и раньше так делал, но мне никогда не было больно. Он и не должен был делать больно! Когда моя грудь вдруг стала настолько болезненно чувствительной? Одна и та же мысль скреблась на границе сознания, собирая воедино новые ощущения, которые возникли в моём теле в последнее время. Так мы стояли глядя друг на друга, пока я порывисто не шагнула в сторону, испытывая потребность покинуть это место и разобраться в своих мыслях и чувствах в одиночестве. Но Хамдан меня остановил, мягко поймав за руку.

— Я знаю, что ты сейчас хочешь сделать, Марина. Пойдёшь в свою комнату и будешь мучить себя мыслями. Один на один со своими страхами. Мы можем поговорить здесь и сейчас, и я уверен, что могу развеять большинство твоих страхов. Не беги в себя. Не замыкайся. Чего ты боишься?

— Того, что будет дальше. Изменений.

— Сначала мы проверим, правильно ли мы догадываемся. Ты не одна, а здесь не настолько дикая и отсталая страна. К твоим услугам будут лучшие врачи в Омане, а если потребуется, то и во всём мире. Я постараюсь облегчить твоё состояние, насколько это возможно.

— Но больше я боюсь того, что будет потом.

— После всего у тебя будет выбор, я тебе это обещаю.

Я сомневалась, опустила глаза и покачала головой. Хамдан меня обнял. Просто обнял, мягко прижимая к себе, поглаживая волосы. Так успокаивают детей. Это мой незавершённый гештальт. А он удивительным образом знал, как нужно со мной обращаться, и что мне нужно в данный момент.

— Ты уже обедала?

— Нет.

— Тогда пойдём.

И мы пошли в дом, но не поднялись на второй этаж, а свернули направо от холла и оказались в большом просторном помещении.

— Это зал для приёма гостей.

Мраморный пол не был покрыт коврами, чтобы демонстрировать необычную мозаику в центре. Мебель, на удивление, была современной. Однотонные тиснёные покрытия диванов и кресел в мягких тёплых тонах. Журнальный столик из дерева, покрытого лаком. Высокие окна занавешены тяжёлыми шторами, чтобы не пропускать яркое и жаркое солнце внутрь, благодаря чему в зале было свежо.

Мы прошли через зал в столовую с большим овальным столом и дальше в коридор, пока не дошли до двери, из которой тянулись характерные запахи еды. На кухне готовил мужчина в белом халате и фартуке. Он обернулся, почтительно поклонился, сказав приветствие по-арабски. Это я уже могла понять. Хамдан начал говорить по-английски, видимо, чтобы и я, и повар понимали, о чём идёт речь: