Книга Всё равно не убежишь, страница 58 – Татьяна Катаева

ещё месяц, может два, и всё станет на свои места.

А потом я вижу её в своём доме. Вдыхаю ядовитый аромат, и мысленно улыбаюсь. Вот оно, то,

чего мне так не хватало эти месяцы. Касание к коже, взгляд, глаза в глаза. И пусть блеск в

них дьявольский. Вообще поебать. Просто трогать, это уже удовольствие. Член моментально на

неё реагирует. Парень знает, чего ему хочется. Так бы и драл её до рассвета. А она

вырывается, убежать пытается. И только после этого я замечаю, что глаза её блестят от слез.

Разбита она как будто. Уничтожена.

— Какого черта тут происходит? Что ты делаешь в моём доме? Да ещё и раздетая. Вообще умом

тронулась?

— Да убери ты от меня руки, — кричит она в истерике, — я ненавижу тебя! Понимаешь?

Ненавижу!

Тут как бы ничего нового. Это я, и без её постоянных напоминаний, знаю. И так, сука, бесит

это. За живое задевает. Нутро выворачивает наизнанку. Не хочется слушать от неё таких слов.

Других хочется. И в эту секунду, я блядь готов головой об стенку удариться. Потому что до

меня доходит. Я блядь втрескался в неё. Ебатььььь, влюбился в кобру, которая меня ненавидит.

Зашибись житуха.

— Эльдар, ты вовремя. Бери беглянку и веди в кабинет. Разговор серьезный, — отец неожиданно

появляется. И как только Катя слышит его голос, она тухнет. Нет блеска. Нет огня. Пустота

необъятная и холодная.

Пока идём в кабинет, я куртку с себя стягиваю и на плечи накидываю. Трясёт её изрядно. Не

хватало, чтобы ещё заболела.

Да, давай Высотников, в няньки заделайся. Супчику ей предложи или теплого чая. Ты, блядь,

лучше подумай о том, что она тут делает.

И вдруг, до меня доходит. Она сказала, что я её изнасиловал. Ну, или просто трахнул. А

когда вижу её папашу, понимаю, что первый вариант более схож с этим моментом. При обычном

лишении девственности с родаками не приезжают. Вот ты и встрял парень.

— Отец этой девушки, утверждает, что его дочь беременна. И она говорит, что от тебя, -

говорит отец, и я... Ахуевая, не сразу ловлю посыл данной информации. А когда до меня

доходит...

— Катя? — я смотрю на неё во все глаза. Она знает ответы, на все мои вопросы. Но вместо

них, она смотрит в пол. Её как будто тут нет. Тело на месте, а мысли в пространстве.

Трясу её. Привести в чувства пытаюсь. Ноль реакции. Пустота во взгляде и слезы стекают по

щекам. Как мне хочется коснуться её лица, и вытереть их. Хочется обнять и успокоить.

Хочется, сказать, что всё будет хорошо.

— Нет, это шутка. Мой папа любит розыгрыши всякие. Поэтому меня в одной футболке в мороз,

сюда приволок. Чисто поржать, — на секунду в кабинете появляется прежняя Катя. Та, с которой

мне нравилось соперничать и спорить. Та, которая запала в душу, хотя я никогда в этом не

признаюсь.

— Давай, блядь, серьёзно! Времени мало.

— Действительно мало. Поэтому слушай. Завтра, ты заедешь за мной, скажешь, что на свидание

везёшь или ещё какую-то хуйню. Главное, чтобы наши родители поверили. А сам, отвезёшь меня в

больницу на аборт. Понял? Запомнил? Или ещё раз повторить?

Я смотрю на неё, и думаю только об одном. Какую хуйню она несёт? Какой аборт? Да, я как бы,

ещё полчаса назад, тоже не планировал отцом становиться. Но уж если так вышло...

Между нами идёт словесная дуэль. Спорим, орем. Но я всё равно продолжаю ею любоваться. Эти