Книга Всё равно не убежишь, страница 117 – Татьяна Катаева

нее, мне кажется, что видит меня голой.

Снова кухня пустеет, и мы остаёмся с Инной Анатольевной вдвоем. Она сначала долго

рассказывает о том, как Эльдар и Ева были детьми. Что они хоть и ссорились всё время, но

друг за друга горой стояли.

— Эльдар, так тот вообще ревностно к сестре относился. Думаю сейчас также.

— Конечно. Увижу на горизонте, какого-нибудь пиздюка возле неё, сразу же ноги поотрываю. А

если будет лезть с более наглыми предложениями, член между ног оторву.

— Эльдар! — возмущается мама. — Что за словечки?

— Мама, ты извини. Член — это мужской орган, который...

— Эльдар, ты не думай, раз тут твоя жена, так я тебя не накажу. Сейчас в угол поставлю, и

пусть стыдно будет перед Катей.

Мама Инна говорит так серьезно, что я не выдерживаю и начинаю искренне смеяться.

— Извините, — икая, говорю. Хочу успокоиться, но не выходит. Все утро в их доме, уж как-то

по-домашнему. Породному, как будто. И это подкупает.

— Ну, вот мам, позоришь меня при жене. Ладно, пойду к папе. Скоро родители Кати приедут, а

у нас ничего не готово.

Через час мы уже сидели под летней беседкой. Солнце подогревало ещё холодную землю. Но

птицы, уже вовсю пели песни. Настоящая весна. Деревья начинают расцветать, и земля

покрываться первыми зелёными коврами.

На мне лёгкое платье и колготки. А сверху куртка Эльдара. Потому что мой пиджак, не

пригоден для пикников в апреле. Я кутаюсь в воротник и нагло набираю лёгкие его запахом. Всё

вокруг кажется диким. Мои родители, его. Мы словно одна настоящая семья. И как-то

по-настоящему близкие. Как оказалось, не только наши отцы знакомы. А и мамы. В своё время,

они даже тусили вместе. И когда мой папа вспоминает какой-то пошлый момент из их молодости,

мы с Евой покрываемся краской.

— Борис, тут же дети, — ругает его моя мама.

— Сори, меня занесло немного. Давид ну и крепкий у тебя бурбон. Хмелею на глазах. А нам ещё

домой добраться надо.

— Так оставайтесь у нас. Посидим как раньше до рассвета. Без детей хоть поговорим о былом,

— говорит отец Эльдара.

— А почему бы и нет, — соглашается моя мама.

Когда сил есть уже не было. Наши родители решили до конца вспомнить молодость. Во дворе

заиграли песни восьмидесятых, девяностых, двухтысячных. Наши мамы моментально подорвались и

пошли в пляс. Клянусь, за последние месяцы я впервые так долго и искренне смеялась. Я вообще

впервые в жизни, мне кажется, видела родителей такими... МММ, как бы правильно подобрать

слова... Живыми что ли.

— Катя, пошли с нами, — протягивает руку мне свекровь. Еву тянет моя мама.

И под песню Бутырки "Запахло весной" мы в четвертом выдает пируэты. Мамы показывают

движения, и мы с Евой со всем шармом за ними повторяем.

Мне жарко, но я не снимаю куртку Эльдара. Отчего-то кажется, что таким образом он ко мне

ближе. Я кружусь под музыку, и подпевают строчки песни, которые ранее мне казались

незнакомы. А если покопаться в памяти, то мне вспомнилось, как у папы в машине очень часто

играли песни похожих мотивов. Просто я была маленькая, и не запомнила их.

В какой-то момент я поворачиваю голову в сторону стола, и замечаю мужа. Он смотрит на меня,

не отрывая глаз. Весь такой сдержанный, суровый, но в то же время, какой-то нежный. Словно

свой... Родной.

Плотина чувств рушится в одно мгновение. Меня топит. Свои же чувства подрывают и несут на